Праздники Святым (архив)

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

День Святителя и Чудотворца Николая

Сообщение admin » 08 янв 2010, 15:34

Изображение
Репин И.Е. "Николай Мирликийский спасает трех невинно осужденных на казнь"

Св. Андрей Критский
Похвальное Слово Святителю и Чудотворцу Николаю


Человек Божий, верный раб, строитель таин Христовых, муж желаний духовных! Прими в дар приносимое тебе от нас слово. Вмени оное в благодарность за те милости, кои ты являешь нам в чудном и теплом своем предстательстве. Мы именуем тебя столпом и утверждением Церкви, светилом мира; ибо ты содержишь слово жизни (Фил.2:16). Дела твои даровали тебе многия славныя имена; никакая добродетель не была чуждою тебе, добрый из Пастырей, Николай! Ибо все преславные добродетели ты вложил в душу свою, как драгие бисеры в златую сокровищницу за что едва ли не все, живущие под солнцем, прославляют тебя. Не столько освещает внутренность храмины светильник, поставленный на высоком и златом свещнике: сколько ты, поставленный от Христа, истинного света, на Святительском престоле, просвещал в темной стране мира сего всех пасомых тобою, руководя их к немерцающему свету, и как бы с некоего возвышенного места осиявая чистым светом духовного познания, не только близких, но и дальних. Ангельская жизнь твоя соделала тебя поистине высоким. Чистота души и стремление к истинному соединению с Богом вознесли тебя превыше небесных кругов. Из сего то источника проистекают и многоразличные твои добродетели. Подобно пчеле, облетая вертоград жизни Святых, и собирая с них цветы добродетелей, ты обогатил себя деятельною мудростию. Какой добродетели Святых не поревновал ты? Кому из них не последовал ты с величайшим преуспеянием? Или лучше, с каким мужем добродетели ты не сравнился чрез подражание?

Праведный Авель заслужил похвалу за дары свои: а ты, праведнейший отец, всего себя посвятил в духовный дар Богу, Который не имеет нужды ни в каких вещественных дарах. Енос надеялся на Господа: но ты взирал ясно и на то, что приготовлено для надеющихся. Енох, угодивший Богу, был преселен: ты, устремляя все мысли души своей от земли на небо, и весь выходя из границ для Бога (2Кор.5:13), пременил преходящее на вечное. Праведный Ной сделался любезен Богу приношением Ему приятных жертв, посему и спас он в ковчеге не только дом свой, но и все роды животных от потопа, покрывшего всю землю: ты приносишь Богу словесныя жертвы в таинственном служении, и в ковчеге Церкви Христовой, православным своим учением спасаешь от гибели сонмы еретиков, как некие роды животных. Авраам прославляется за принятие странных и любовь к Богу, и ублажается за то, что без заклания заклал Богу повеленную жертву - сына обетования: ты приемлешь и питаешь ежедневно самого Христа, приобщая духовной трапезе приходящих к Нему, и закалаешь не возлюбленного сына и не овча, которое указано, вместо сына, принесть в жертву, но предаешь всего себя Богу во всегдашнее всесожжение, и полагаешь, по слову Евангельскому, душу свою за овцы (Ин.10:15). Исаак похваляется за правду: ты, как бы некое правило правды, повсюду водворяешь дух ея, и с великим дерзновением удерживаешь стремящихся к неправде, ясно открываясь самым Царям в сновидениях. Иаков славится простотою нравов и многочадием; он видел лествицу, которая простиралась до небес, и предъизображала высокое таинство: ты не престаешь раждать Патриархов, Пастырей и овец Пастыреначальнику Христу, вверившему тебе стадо свое, и положиве восхождения в сердце своем (Пс.85:6), ты возвышаешься с степени на степень, преобразуешься от славы в славу, и возносишься от земли в горняя. Иов знаменит незлобием и терпением в несчастиях: ты не только не усомнился подражать ему, но и не поколебался от нападений еретических; пусть, думал ты, волны ударяются об утес, только бы сохранить мне сокровищницу от всякаго хищения! Иосиф славен целомудрием и раздаянием хлеба: ты всего себя показал образцем чистоты и медоточным учением своим изобильно насыщал всю Паству Ликийскую. Моисей прославленный за кротость и законодательство, именуется богом Фараона, и руководителем Израильскаго народа: ты, будучи кротчайшим для всех, строг только для грешников, уча их удаляться пороков, и возстающия на нас страсти, как другое Фараоново войско, погружаешь в море твоих подвигов. Мужественный Давид всеоружием духа сразил высокомернаго Голиафа: ты, мужественнейший, ежедневно поражаешь мысленнаго тирана душ, отгоняя от словеснаго стада Христова еретиков, сих волков хищных. Кратко сказать, исполнением Божественных заповедей ты сопричислил себя к славному лику Праведников и Пророков, подражая одним из них в дерзновении, другим в ревности, одним в смирении, другим в милосердии, а иным в высоте жизни. И не только подражал ты Ветхозаветным Святым, но и ученикам Христовым, чрез которых благодать и истина открыла нам таинства истиннаго служения Богу, раздрав завесу пробразований закона. Ты явился точным последователем их, соделался оком Церкви, по причине неусыпной своей заботливости, и благозвучною ея трубою. О тебе прилично сказать сии слова Писания: память праведных с похвалами (Притч.10:7); и еще: в память вечную будет праведник (Пс.111:6).

Поистине, похвала воздаваемая Праведнику веселит многие народы.

Но кто может восхвалить тебя, и достойно прославить величие дел твоих? Если мы и будем говорить о тебе, то наше слово не вполне выразит истину. Если мы вознамеримся сравнивать чьи либо подвиги с твоими, то, без сомнения, наши примеры далеко останутся назади.

Как же назовем тебя? земледельцем Так! сие имя, взятое в духовном значении прилично тебе. Ибо ты, истребив во всей области Ликийской плевелы неверия, удобрил умныя пажити, посеял на них живое слово благочестия и собрал в души, как в некия житницы, духовную жатву. Назовем ли тебя Архитектоном? Не погрешим. Ибо орудием слова своего ты разрушил идольские жертвенники эти гнездилища демонов, воздвиг Церкви Христу, устроил святые храмы в честь Мучеников, и как трудолюбивый земледелец, соделал плодоносным новонасажденный виноград сей, а зодчеством духа, как мудрый Архитектор Церкви, утвердил оную на основании истинной Веры. - Назовем ли тебя воином. Название будет справедливо. Ибо сражаясь с невидимыми силами, ты, как некий Военачальник, приял всеоружие духовное: препоясал чресла свои истиною, облекся в броню праведности, и обул ноги в твердость Евангелия мира (Еф.6:14.15). Отражая шлемом спасения нападения страстей, ты оставался твердым и неподвижным, подобно камню. Защищаясь щитом веры и непоколебимой надежды от стрел вражеских, ты поражал противников своими ударами, и разрушая все их коварства, мужественно ограждал от них паству свою. Мечем глагола Божия ты посек до корня ересь разделения Ариева и соединения Савеллиева. Равно и всех тех, которые дерзали разделять Единаго от Единыя и Святыя Троицы Христа, истиннаго Бога, приявшаго плоть для нашего спасения, неправильно понимая таинство воплощения, - или осмеливались не признавать в лице единаго Христа и Бога соединения двух естеств без смешения оных, или допускали в них разделение, - всех сих неправых умствователей, уклонявшихся либо на ту, либо на другую сторону, ты, как Финеес, поразил одним ударом меча, умилостивляя всемерно Бога всяческих. - Назвать ли тебя Ангелом. Подлинно, ты малым чем не достигаешь безтелесности Ангельской, будучи безтелесным в теле, как бы человеком воздушным, или земным Ангелом для живущих на земле. Ибо явиться во сне Царю, устрашить его, намеревавшагося в следующее утро совершить неправедную казнь, удержать его руку, простертую на умерщвление, вразумить его бичем, не нанесшим ран, и невинно осужденных мужей, внезапным предстательством исхитить от смерти, - такия действия многим ли разнятся от Ангельскаго парения? Не быстрота ли это Ангела, который перенес Аввакума из Сиона в Мидийский град Вавилон, дабы доставить пищу Даниилу, сидевшему во рве со львами? - Назвать ли тебя; кормчим? И это будет справедливо. Поелику твое ходатайство пред Богом служит вместо кормила для плывущих по пространному морю жизни, а неусыпныя молитвы твои, прелагая бурю и волнение в тишину, верно руководствуют ко брегу безстрастия прибегающих к тебе с верою. Не доказывает ли сего тот случай, когда ты в ясном сновидении открыл себя пловцам в виде морскаго путника? Пристань Адриатская знает сие событие. Когда голод тяготил твою Митрополию, и когда некоторые плаватели, имевшие на корабле своем запас хлеба, намеревались плыть мимо той пристани, ты заставил их войти в оную, дав им в залог три златницы (что тотчас сделалось для всех известным), и таким образом, доставив пищу алчущему народу, отвратил от него мучение глада. После сего, мог ли укрыться от жителей Ликийских покровитель их и питатель? Живя еще во плоти, прежде отшествия своего ко Христу, ты являлся к обремененным различными бедствиями, подавал им скорейшую помощь в нуждах, и исторгал жертвы смерти из самых ея челюстей. Все это не показывает ли того, что ты достиг Ангельской безтелесности, и потому невозбранно совершаешь чудныя дела?

Сверх сего, кто не удивится твоему великодушию? твоему тихому и кроткому нраву? твоему миролюбивому и смиренному духу? Некогда ты, как повествуют, осматривая лозы винограда Христова, и встретившись с мужем блаженной памяти Феогнием (он был тогда Маркианитским Епископом), словами Писания обличал его в заблуждении до тех пор, пока не обратил от лжи к истине. Но поелику в нем таилось раздражение, произшедшее от сего обличения, ты заметив это, возвышенным гласом произнес к нему сие Апостольское увещание: "да не зайдет солнце во гневе, нашем (Еф.4:26). Брат мой! примиримся".

Но теперь, когда ты, Отец отцев, светильник вселенныя, твердыня Церкви, ограждение верных, скорый заступник обидимых, соединился уже с нераздельною и достопокланяемою Троицею, теперь ты несравненно более промышляешь о благополучии нашем. Паря с ликами Ангельскими окрест престола славы, ты взираешь на нас свыше, о священная, и по дарованиям, Апостольская глава! Не преставай же укреплять и вооружать нас противу греха. Ограждай истиною ревнителя святой жизни твоей, отдаленнаго от тебя многим временем, но близкаго к тебе сединами. Сохраняй и сынов его, а твоих потомков. Духовным оружием слова своего прогоняй от возлюбленных тобою словесных овец нападающих на них врагов. Животворным и неложным учением благочестия исхищай от страха малое стадо, котораго ты сам был Пастырем. Защищай Священников и Христолюбивый народ величием твоих знамений. Ты имеешь великое дерзновение к Богу; ибо ты приблизился к Нему, и освещаешъся чистейшими лучами Троичнаго света.

Величаю тебя, Митрополия Ликийская! ты стяжала Пастыря чадолюбиваго; ты прияла на главу свою драгий и нетленный венец. Кто это? - Николай, предстающий в нуждах с небесными утешениями, неукоснительный защитник в обидах, подающий собою пример Пастырям, великий в чудесах и страшный в явлениях, спасающий невинных от погибели, разрушающий сновидениями неправедныя предприятия. Блажен ты из градов, Миры! ты вмещаешь в недрах своих столь великаго благодетеля. Приидите, пойдем светом его (Ис.2:5), и поживем в сени его (Плач.4:2О). Ты имеешь и трех сподвижников его: Крискента, Диоскорида и Никокла, озаренных светом Троицы, коих сам Триединый Бог достойно почтил наградами царствия, за их подвиги. Сей славный союз увенчан столь же славною главою! Ибо Николай совершил мужественно равный с ними подвиг, и был мученик своею готовностию. И что еще более, - его воодушевлением и ревностию оные Герои соплели себе мученический венец.

Итак, верующие слушатели, стекшиеся ныне во храм сей! совершая благословенную память Богоноснаго Отца нашего, будем праздновать священный и торжественный сей праздник, отложив всякую мирскую пышность, всякое наружное украшение, и все, что носит на себе вид жалкаго заблуждения языческаго, что изобретено людьми, по внушению обманчивой плоти. Все это достойно посмеяния, а вместе и плача. Мы увенчаем Святаго благоухающими розами добрых дел, и цветами духовных песнопений. Вот какое празднование любит Святый Отец наш, Николай! Сие-то торжество приятно ему, а не то, которым язычники хотели угодить ложным богам своим. Се, и тройственное сочетание мужественнейших сподвижников величит славу своего Наставника! С ними Николай водворяется в небесных селениях, с ними осиявается светом, с ними ликует духом, созерцая Бога, сколько сие возможно. Предстательством сих Мучеников, и твоими Богоприятными молитвами, Отче! да избавимся все мы от всякаго еретическаго и демонскаго навета, от всяких болезней, как тех, кои общи людям, так и тех, коими неожиданно поражают нас люди,- да избавимся и от всех других бедствий, по благодати, милосердию и человеколюбию искупившаго нас честною и жизнодательною, истекшею из ребра кровию Христа Иисуса Господа нашего, Коему подобает с Отцем и Святым Духом всякая честь и слава, держава и величие, ныне и всегда и во веки веков. Аминь.

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

Прав. Иоанна Кронштадского, чудотворца

Сообщение admin » 08 янв 2010, 15:38

Изображение
Выдержки из книги «Моя жизнь во Христе, или Минуты духовного трезвения и созерцания, благоговейного чувства, душевного исправления и покоя в Боге».

…Ты озлобляешься на ближнего, презираешь его, говорить с ним мирно и любовно не хочешь за то, что он имеет нечто грубое, отрывистое, небрежное, неприятное тебе в своем характере, в своей речи, в своих манерах, – за то, что он сознает свое достоинство, быть может и больше надлежащего, или что он несколько горд и непочтителен; но ты виновнее его, врач и учитель ближнего: врачу, исцелися сам [Лк. 4, 23]; учитель, научись сам. Злоба твоя есть горшее зло всякого зла; злобою разве можно исправлять зло? Имея бревно, разве можно вынимать у другого спицу? Зло, недостатки исправляются добром, любовью, ласкою, кротостью, смирением, терпением. Признавай себя первым из грешников, которые тебе кажутся грешниками или на самом деле грешники, считай себя хуже и ниже всех; исторгни всякую гордость и злобу на ближнего, нетерпение и ярость, и тогда врачуй других. А то покрывай снисходительною любовью грехи других. Аще беззакония все назриши в ближнем, что будет? Вечная вражда и нестроение, ибо кто без греха? За то и повелено нам оставлять долги должникам нашим; ибо если наши беззакония назрит Господь, кто из нас постоит пред правдою Его? Аще отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный [Мф. 6, 14, 16]. На трапезе любви бываем у Самой воплощенной Любви, а любви не имеем друг ко другу. Странное дело! и заботы о сем нет. А сама любовь, без нашего усердия и старания и деятельности, не придет.

…Ближнего благочестивого славишь – Бога славишь; ближнему делаешь добро, – себе делаешь добро, ибо мы – одно тело; ближнему делаешь добро – Бога делаешь должником себе, – ибо ближний образ Божий, а Бог – все во всех. Христианину делаешь добро – Христа, Сына Божия, делаешь должником себе, ибо христиане – тело Его, члены его. Христианина одолжаешь – Духа Святого одолжаешь, ибо христиане – храмы Святого Духа. Не весте ли, яко храм Божий есте, Дух Божий живет в вас [1 Кор. 3, 16]?

…Каяться – значит в сердце чувствовать ложь, безумие, виновность грехов своих, – значить сознавать, что оскорбили ими своего Творца, Господа, Отца и Благодетеля, бесконечно святого и бесконечно гнушающегося грехом, – значит, всею душою желать исправления и заглаждения их.

…Если будешь иметь христианскую любовь к ближним, то будет любить тебя все небо; если будешь иметь единение духа с ближними, то будешь иметь единение с Богом и со всеми небожителями; будешь милостив к ближним, а к тебе будет милостив Бог, равно и все Ангелы и святые; будешь молиться за других, а за тебя все небо будет ходатайствовать. Свят Господь Бог наш, и ты будь таков же.

…Христос, Сын Божий, святейший Бог, не стыдится братнею нарицати нас грешников [Евр. 2, 11], а ты не стыдись называть братьями и сестрами по крайней мере бедных и незнатных, простых людей, родственников по плоти или неродственников, и не гордись пред ними, не презирай их, не стыдись их, ибо мы все действительно во Христе братья, все отрождены водою и Духом в купели крещения и стали чадами Божиими; все нарицаемся христианами, все питаемся плотью и кровью Сына Божия, Спаса мира, над всеми нами совершаются прочие таинства церковные, все мы в молитве Господней молимся: Отче наш… и равно все называем Бога своим Отцом. Мы не знаем другого родства, кроме родства духовного, всевысочайшего, вечного, которое даровал нам Владыка живота, Творец и Обновитель нашего естества Иисус Христос, ибо это одно родство есть истинное, святое, пребывающее; земное же родство неверно, изменчиво, непостоянно, временно, тленно, как тленна плоть и кровь наша. Итак обращайся просто с человеками, как равный с равными, и ни пред кем не превозносись, а напротив смиряйся, ибо всяк возносяйся, смирится, смиряй же себе, вознесется [Лк. 18, 14]. Не говори: я образован, а он или она – нет, он или она простой, необразованный мужик или мужичка; дара Божия, данного тебе недостойному, не обращай в повод к гордости, а к смирению, ибо кому дано много, с того много взыщется, а кому дано мало, с того мало и спросят [ср. Лк. 12, 48]. Не говори: я благороден, а он низкого рода, – земное благородство без благородства веры и добродетели пустое имя. Что в моем благородстве, когда я такой же грешник, как другие, или еще хуже? И любить-то ближнего надо не по-своему, а по-Божьему, т.е. не по своей воле, а по Божией. Наша воля – любить бы только любящих нас, а врагов или неприятных нам почему-либо людей презирать, ненавидеть, гнать. Но Бог хощет, чтобы мы их-то тем более и любили, как больных; чтобы и мы-то сами, как больные самолюбием, гордостью, презорством и злобою, врачевали себя любовью и смирением, прилагая этот всецелебный пластырь и на их сердечные раны. Исправляя духовные болезни других, отнюдь не надо быть высокомерным, не надо озлобляться или сердиться и выходить из себя, думать не о пользе ближнего, а о самом себе и служить своему самолюбию и вообще своим страстям. Любовь не раздражается легкомысленными или гордыми и высокомерными поступками ближнего; она долготерпит, милосердствует, не гордится, не мыслит зла [1 Кор. 13, 4, 5], не ставит всякое слово в строку, а все прикрывает. Да то и ладно: ибо что покроешь снисхождением, то часто удобно проходит само собою. Итак, врачующему других надо быть самому здоровым, чтобы не сказали врачуемые: врачу, исцелися сам [Лк. 4, 23]. Если врачуемый заметит, что ты сам зол и сердит и не любишь его, то он будет внутренне презирать и ненавидеть тебя, и ничем ты на него не подействуешь, ибо зло не исправляется злом, а добром. Побеждай благими злое [Рим. 12, 21], искорени наперед в себе то, что хочешь искоренить в других.

…Молясь о людях, молись об них как о себе, ибо мы едино, как чада Отца Небесного.

…Не унывайте же, подобные мне грешники, но только веруйте в Сына Божия. Уважайте друг друга, грешники, и не презирайте никакого грешника, ибо все мы – грешники, и всех пришел спасти, очистить и до небес вознести сын Божий.

…Люби без размышления: любовь проста. Любовь никогда не ошибется. Также без размышления веруй и уповай: ибо вера и упование также просты; или лучше: Бог, в Коего веруем и на Коего уповаем, есть простое Существо, так же как Он есть и простая любовь. Аминь.

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

9 декабря - первомученника Стефана

Сообщение admin » 08 янв 2010, 16:01

Св. апостол из 70-ти, первомученик и архидиакон Стефан († 34) был старшим из семи диаконов, поставленных Апостолами, поэтому его называют архидиаконом. Он стал первым сознательным мучеником Церкви за веру во Христа в возрасте около 30 лет. По выражению св. Астерия Амасийского, это был «начаток мучеников, учитель страданий за Христа, основание доброго исповедания, ибо прежде Стефана никто не изливал крови своей за Евангелие».
В его Житии, составленном свт. Димитрием, митрополитом Ростовским, повествуется, что по благодати Божией, св. архидиакон Стефан творил много знамений и чудес среди верных, возлагал руки на больных, и они становились здоровыми. Кроме сего, он был муж сильный словом и делом, верных утверждал в вере, неверных же иудеев обличал, доказывая им от Закона и Пророков, что они несправедливо, по зависти, убили Сына Божия, Мессию, ожидаемого столько веков.
Исполненный Духа Святаго, святой Стефан, будучи евреем (как и большинство первых христиан), с дерзновением убедительно проповедовал христианское учение в синагогах и побеждал иудейских законоучителей в спорах. За это иудеи оклеветали Стефана, будто бы он произносит хулы на Бога и на Моисея. С таким обвинением святой Стефан предстал перед синедрионом и первосвященником. Он произнес пламенную речь, в которой изложил историю еврейского народа и смело обличил иудеев в гонениях на пророков и в казни ожидавшегося ими Мессии, Иисуса Христа:
«Жестоковыйные! люди с необрезанным сердцем и ушами! вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы. Кого из пророков не гнали отцы ваши? Они убили предвозвестивших пришествие Праведника, Которого предателями и убийцами сделались ныне вы, - вы, которые приняли закон при служении Ангелов и не сохранили. Слушая сие, они рвались сердцами своими и скрежетали на него зубами» (Деян. 7: 51-54.)
Во время речи святой Стефан вдруг увидел небо отверстым и Иисуса Христа во славе, стоящего одесную Бога. Он громко провозгласил об этом. Тогда иудеи, затыкая уши, набросились на него, повлекли его за город и побивали камнями, а святой мученик молился за своих убийц.
Изображение
«Чтобы легче было бросать камни на святого, лжесвидетели и убийцы сняли с себя верхние одежды и сложили их при ногах одного юноши, по имени Савла, который хотя был единоплеменником и родственником убиваемого, но более других раздражен был против него, из слепой ревности к Ветхому Закону. Савл [будущий апостол Павел] – говорится в Деяниях – одобрял убиение его. И св. Иоанн Златоуст говорит о сем так: "Скорбел Савл, что у него не было много рук, чтобы всеми ими можно было поражать Стефана, и доволен был лишь тем, что мученика побивали многие руки лжесвидетелей, которых одежды он сторожил".
В то самое время, когда святого Стефана убивали в долине Иссафатовой (которая лежит между Иерусалимом и Елеоном, при Кедрском потоке, имевшем множество камней по берегам), вдали, на некотором возвышении, взирая с горы, стояла Пречистая Дева со святым Иоанном Богословом и молилась о Стефане ко Господу и Сыну Своему, да укрепит его в терпении и примет душу его в руки Свои».
Перед смертью Стефан произнес: «Господи Иисусе! приими дух мой... Господи, не вмени им греха сего», - и затем радостно предал Христу свою чистую душу.
Тело же его святое было повержено на съедение зверям и птицам, и лежало день и ночь непогребенным. И только на другую ночь Гамалиил, известный в Иерусалиме еврейский законоучитель (который и сам потом уверовал во Христа с сыном своим Авивом), послал честных и верных людей и, тайно взяв тело святого, отнес в свое имение и с честью похоронил там. И упомянутый юноша Савл, отличавшийся жестокостью в гонениях на христиан, вскоре, не без помощи подвига этих мучеников, был промыслом Божиим обращен в апостола Павла.

(По "Житию", составленному святителем Димитрием, митрополитом Ростовским)

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

Re: Праздники Святым

Сообщение admin » 14 янв 2010, 09:47

14 января - Свт. Василия Великого, архиеп. Кесарии Каппадокийской (379).
Изображение


Выдержка из беседы свт. Василия Великого.
Беседа 3. На слова: «Внемли себе» (Втор. 15, 9).

Итак, внемли себе. Если ты благоденствуешь, живешь светло, и вся жизнь твоя несется по течению, это изречение будет тебе полезно, как добрый советник, напоминающий о судьбе человеческой. И если ты угнетен обстоятельствами, оно благовременно будет услаждать сердце, чтобы тебе от кичливости не превознестись до непомерной гордыни, и с отчаяния не впасть в малодушное уныние. Гордишься ты богатством, величаешься предками, восхищаешься отечеством, красотою телесною, воздаваемыми от всех почестями? Внемли себе, что ты смертен, что земля еси, и в землю отыдеши (Быт. 3, 19). Посмотри на тех, которые прежде тебя жили в подобной знатности. Где облеченные гражданским имуществом? Где непреоборимые витии? Где распоряжавшиеся празднествами, знаменитые содержатели коней, военачальники, сатрапы, властители? Не все ли прах? Не все ли баснь? Не малое ли число костей осталось памятником их жизни? Загляни в гробы: возможешь ли различить, кто слуга и кто господин, кто бедный и кто богатый? Отличи, ежели есть у тебя возможность, узника от царя, крепкого от немощного, благообразного от безобразного. Поэтому, помня свою природу, никогда не превознесешься. Будешь же помнить себя, если внемлешь себе.

Опять, ты человек низкого рода, не славный, ты бедняк из бедняков, нет у тебя ни дома, ни отечества, ты немощен, не имеешь насущного пропитания, трепещешь людей сильных, всех боишься, по причине низкого своего состояния, ибо сказано: нищий не терпит прещения [6] (Притч. 13, 8)? Не отчаивайся в себе и не теряй вовсе доброй надежды от того, что в настоящем нет для тебя ничего завидного, но возводи душу свою к благам, какие даны уже тебе от Бога, и какие по обетованию уготованы впоследствии. Итак, во-первых, ты человек, единственное из живых существ (земных) богосозданное. Ужели рассуждающему здравомысленно для высшей степени благодушия недостаточно и сего — быть созданным собственными руками все устроившего Бога? недостаточно и того, что сотворенный по образу Создавшего тебя, доброю жизнию можешь достигнуть равночестия с Ангелами? Ты получил разумную душу, которою уразумеваешь Бога, проникаешь рассудком в природу сущего, пожинаешь сладчайший плод мудрости. Все животные, как водящиеся на суше, и кроткие и свирепые, так живущие в водах и летающие в сем воздухе, тебе порабощены и подчинены. Не ты ли изобрел искусства, построил города, придумал все и необходимое и служащее к роскоши? Не твой ли разум сделал для тебя моря проходимыми? Земля и море не служат ли твоей жизни? Воздух, небо и сонмы звезд не показывают ли тебе своего стройного чина? Почему же малодушествуешь от того, что у тебя нет среброуздого коня? Но есть у тебя солнце, которое в самом быстром своем течении в продолжение всего дня носит пред тобою светильник. У тебя нет блещущего золота и серебра, но есть луна, которая озаряет тебя своим в тысячу раз большим светом. Не входишь ты на златокованные колесницы, но есть у тебя ноги — эта собственная и природная твоя колесница. Для чего же ублажаешь людей, которые накопили полный карман и, чтобы перейти с места на место, имеют нужду в чужих ногах? Не спишь ты на ложе из слоновой кости, но имеешь у себя землю, которая дороже множества слоновой кости, имеешь сладкое на ней упокоение, скорый и беззаботный сон. Не лежишь ты под золотою кровлею, но имеешь над собою небо, сияющее неизреченными красотами звезд. Но это еще человеческое, а есть и другое — более важное. Для тебя Бог между человеками, для тебя раздаяние даров Святого Духа, разрушение смерти, надежда воскресения, Божии повеления, усовершающие жизнь твою, восхождение к Богу, с помощию заповедей, уготованное Царство Небесное, венцы правды, готовые для неуклоняющего от подвигов добродетели!

Если внемлешь себе, то все сие и еще большее найдешь около себя; и как насладишься настоящим, так не будешь малодушествовать в скудости. Сия заповедь, повсюду находясь перед твоими глазами, будет подавать великую помощь. Например, гнев овладел твоим рассудком, и раздражительность влечет тебя к неприличным речам, жестоким и зверским поступкам? Если внемлешь себе, то усмиришь гнев, как упрямого и не терпящего узды молодого коня, поражая его, как бичом, ударом сего слова; удержишь и язык, не возложишь и рук на огорчившего. Опять худые пожелания, распаляя твою душу, ввергают ее в неудержимые и нечистые стремления? Если внемлешь себе, и вспомнишь, что это, в настоящем для тебя сладостное, будет иметь горький конец, это, ныне от удовольствия происходящее в нашем теле, щекотание породит ядовитого червя, который будет бесконечно мучить нас в геенне, и что это разжжение плоти будет матерью вечного огня,- то удовольствия тотчас исчезнут, обратившись в бегство, и в душе произойдет какая-то чудная внутренняя тишина и безмолвие, подобно тому, как в присутствии целомудренной госпожи умолкает шум резвых служанок. Поэтому внемли себе, и знай, что одно в душе разумное и духовное, другое — страстное и неразумное, и что первому по природе принадлежит господство, а прочему — повиновение и послушание разуму. Итак, не попускай, чтобы когда-нибудь порабощенный ум стал слугою страстей, и опять, не позволяй страстям восставать против разума и присвоять себе владычество над душою.

Вообще же, точное соблюдение себя самого даст тебе достаточное руководство и к познанию Бога. Ибо, если внемлешь себе — ты не будешь иметь нужды искать следов Зиждителя в устройстве вселенной, но в себе самом, как бы в малом каком-то мире, усмотришь великую премудрость своего Создателя. Из бесплотности находящейся в тебе души уразумевай, что и Бог бесплотен. Знай, что Он не ограничен местом, потому что и твой ум не имеет предварительного пребывания в каком-нибудь месте, но только по причине соединения с телом находит себе известное место. Веруй, что Бог невидим, познав собственную свою душу, потому что и она непостижима телесными очами. Она не имеет ни цвета, ни вида, не объемлется каким-либо телесным очертанием, но узнается только по действиям. Потому и в рассуждении Бога не домогайся наблюдения с помощию очей, но, предоставив веру уму, имей о Боге умственное понятие. Дивись Художнику, как силу души твоей привязал Он к телу, так что, простираясь до его оконечностей, наиболее отдаленные между собою члены приводит в одно согласие и общение. Рассмотри, какая сила сообщается телу душою, и какое сочувствие возвращается от тела к душе; как тело приемлет жизнь от души, и душа приемлет болезненные ощущения от тела; какие в ней сокровищницы познаний; отчего знанием прежнего не помрачается изучаемое вновь, но воспоминания сохраняются неслитными и раздельными, будучи начертаны во владычественном души, как бы на медном каком столпе; как душа, поползнувшаяся в плотские страсти, губит свойственную ей красоту, и как опять, очистившись от греховного срама, чрез добродетель восходит до уподобления Творцу.

Внемли, если угодно тебе, по рассмотрении души, и устройству тела; и подивись, какое приличное виталище устроил разумной душе наилучший Художник. Из всех животных одному человеку дал Он прямое положение тела, чтобы по самому наружному виду мог ты разуметь, что жизнь твоя ведет начало свыше. Все четвероногие смотрят в землю и потуплены к чреву, а у человека взор обращен к небу, чтобы он не предавался чреву и плотским страстям, но имел всецелое стремление к горнему шествию. Потом, поместив голову на самом верху тела, Бог водрузил в ней наиболее достойные чувства. Там зрение, слух, вкус, обоняние; все они размещены вблизи друг от друга. И при таком стеснении их в малом пространстве, ни одно не препятствует действованию соседнего с ним чувства. Глаза заняли самую высшую стражбу, чтобы ни одна часть тела не преграждала им света, и чтобы, находясь под небольшим прикрытием бровей, они могли прямо устремляться с горней высоты. Опять, слух открыт не по прямому направлению, но звуки, носящиеся в воздухе, принимает в извитый ход. И высочайшая премудрость видна в том, что и голос проводит беспрепятственно, или лучше сказать, звучит, преломляясь в изгибах, и ничто отвне привходящее не может быть препятствием ощущению. Изучи природу языка, как он мягок и гибок и по разнообразию движений достаточен для всякой потребности слова. Зубы суть вместе и орудия голоса, доставляя крепкую опору языку, и вместе служат при вкушении пищи; одни рассекают, другие измельчают ее. И таким образом, рассматривая все с надлежащим рассуждением и изучая втягивание воздуха легкими, сохранение теплоты в сердце, орудия пищеварения, проводники крови, во всем этом усмотришь неисследимую премудрость своего Творца; так что и сам ты скажешь с пророком: удивися разум Твой от мене! (Пс. 138, 6).

Итак, внемли себе, чтобы внимать Богу, Которому слава и держава во веки веков, аминь!

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

Преподобного Серафима Саровского Чудотворца

Сообщение admin » 15 янв 2010, 09:24

15 января - Преподобного Серафима Саровского Чудотворца
Изображение
Прижизненный портрет, выполненный художником Серебряковым, впоследствии иноком Саровской пустыни

Из наставлений старца Серафима

О болезнях

Тело есть раб души, душа - царица, а потому сие есть милосердие Господне, когда тело изнуряется болезнями; ибо от сего ослабевают страсти, и человек приходит в себя; и самая болезнь телесная раждается иногда от страстей.

Отними грех и болезней не будет; ибо они бывают в нас от греха, как сие утверждает св. Василий Великий (Слово о том, что Бог не есть причина зол): откуда недуги? Откуда повреждения телесные? Господь создал тело, а не недуг; душу, а не грех. Что же паче всего полезно и нужно? Соединение с Богом и общение с Ним посредством любви. Теряя любовь сию, мы отпадаем от Него, а отпадая подвергаемся различным и многообразным недугам.

Кто переносит болезнь с терпением и благодарением, тому вменяется она вместо подвига или даже более.

Один старец, страдавший водяною болезнью, говорил братьям, которые приходили к нему с желанием лечить его: отцы, молитесь, чтобы не подвергся подобной болезни мой внутренний человек; а что касается до настоящей болезни, то я прошу Бога о том, чтобы Он не вдруг освободил меня от нее, ибо поколику внeшнiй нашъ человeкъ тлeетъ, потолику внутреннiй обновляется (2 Кор. 4, 16).

Буде Господу Богу угодно будет, чтобы человек испытал на себе болезни, то Он же подаст ему и силу терпения.

Итак пусть будут болезни не от нас самих, но от Бога.



О должностях и любви к ближним

С ближними надобно обходиться ласково, не делая даже и видов оскорбления.

Когда мы отвращаемся от человека или оскорбляем его,тогда на сердце нашем как бы камень ложится.

Дух смущенного или унывающего человека надобно стараться ободрить словом любви.

Брату грешащу, покрой его, как советует св. Исаак Сирин (Сл. 89): простри ризу твою над согрешающем и покрой его. Мы все милости Божией требуем, как Церковь поет: аще не Господь бы был в нас, кто доволен цел сохранен быти от врага, купно же и человекоубийцы.

Мы в отношении к ближним должны быть, как словом, так и мыслью, чисты и ко всем равны; иначе жизнь нашу сделаем безполезною.

Мы должны любить ближнего не менее, как самих себя, по заповеди Господней: возлюбиши ближняго твоего, яко самъ себе (Лук. 10, 27). Но не так, чтоб любовь к ближним, выходя из границ умеренности, отвлекала нас от исполнения первой и главной заповеди, т. е. любви Божией, как о сем поучает Господь наш Иисус Христос: иже любитъ отца или матерь паче Мене, нeсть Мене достоинъ: и иже любитъ сына или дщерь паче Мене, нeсть Мене достоинъ (Мф. 10, 37). О сем предмете весьма хорошо рассуждает св. Димитрий Ростовский (ч. II, поуч. 2): там видна неправдивая к Богу в христианском человеке любовь, где тварь со Творцом сравнивается, или более тварь, нежели Творец почитается; а там видна правдивая любовь, где один Создатель паче всего создания любится и предпочитается.



О неосуждении ближнего

Не должно судить никого, хотя бы собственными очами видел кого согрешающим, или коснеющим в преступлении заповедей Божиих, по слову Божию: ре судите, да не судими будете (Матф. 7, 1), и паки: ты кто еси судяй чуждему рабу? своему Господеви стоитъ или падаетъ; станетъ же, силенъ бо есть Богъ поставити его (Рим. 14, 4).

Гораздо лучше всегда приводить себе на память сии Апостольские слова: мняйся стояти да блюдется, да не падетъ (1 Кор. 10, 12). Ибо неизвестно, сколько времени мы можем в добродетели пребывать, как говорит пророк, опытом сие дознавший: рехъ во обилiи моемъ: не подвижуся во вeкъ. Отвратилъ же еси лице Твое, и быхъ смущенъ (Пс. 29, 7-8).

Отчего мы осуждаем братий своих? Оттого, что не стараемся познать самих себя. Кто занят познанием самого себя, тому некогда замечать за другими. Осуждай себя и перестанешь осуждать других.

Самих себя должно нам считать грешнейшими всех и всякое дурное дело прощать ближнему, а ненавидеть только диавола, который прельстил его. Случается же, что нам кажется, другой делает худо, а в самом деле, по благому намерению делающего, это хорошо. Притом дверь покаяния всем отверзта и неизвестно, кто прежде войдет в нее - ты ли, осуждающий, или осуждаемый тобою.

Осуждай дурное дело, а самого делающего не осуждай. Если осуждаешь ближнего, учит преп. Антиох, то вместе с ним и ты осуждаешься в том же, в чем его осуждаешь. Судить или осуждать не нам надлежит, но единому Богу и Великому Судье, ведущему сердца наши и сокровенные страсти естества (Ант. 49).

Чтоб избавиться осуждения, должно внимать себе, ни от кого не принимать посторонних мыслей и быть ко всему мертву.

Итак, возлюбленные, не будем наблюдать за чужими грехами и осуждать других, чтобы не услышать: сынове человeчестiи, зубы ихъ оружiя и стрелы, и языкъ ихъ мечь остръ (Пс. 56, 5).


О прощении обид

За обиду, какая бы не нанесена была, не только не должно отмщать, но напротив того должно еще прощать обидчика от сердца, хотя бы оно и противилось сему, и склонять его убеждением слова Божия: аще не отпущаете человeкомъ согрeшенiя ихъ, ни Отецъ вашъ небесный отпуститъ вамъ согрeшенiй вашихъ (Матф. 6, 15), и паки: молитеся за творящихъ вамъ напасть (Матф. 5, 44).

Не должно питать в сердце злобы или ненависти к ближнему враждующему, но должно любить его и, сколько можно, творить ему добро, следуя учению Господа нашего Иисуса Христа: любите враги ваша, добро творите ненавидящимъ васъ (Матф. 5, 44).

Когда твою честь кто уничижает или отнимает, то всеми мерами старайся, чтобы простить ему, по слову Евангелия: отъ взимающаго твоя не истязуй (Лук. 6, 30).

Бог заповедал нам вражду только против змия, т. е. против того, кто изначала обольстил человека и изгнал из рая,- против человекоубийцы-диавола. Повелено нам враждовать и против Мадианитян, т. е. против нечистых духов блуда и студодеяния, которые сеют в сердце нечистые и скверные помыслы.

Поревнуем возлюбленным Божиим: поревнуем кротости Давида, о котором преблагий и любоблагий Господь сказал: нашел Я мужа по сердцу моему, который исполнит все хотения Мои. Так Он говорит о Давиде незлопамятном и добром ко врагам своим. И мы не будем делать ничего в отмщение брату нашему, дабы, как говорит преп. Антиох, не было остановки во время молитвы.

Об Иове свидетельствовал Бог, как о человеке незлобивом (Иов. 2, 3); Иосиф не мстил братьям, которые умыслили на него зло; Авель в простоте и без подозрения пошел с братом своим Каином.

По свидетельству слова Божия, святые все жили в незлобии. Иеремия, беседуя с Богом (Иер. 18, 20), говорит о гнавшем его Израиле: еда воздаются злая за благая? Помяни стоящаго предъ Тобою, еже глаголати за нихъ благая (Ант. сл. 52).

Итак если мы будем, сколько есть сил, стараться все сие исполнять, то можем надеяться, что в сердцах наших воссияет свет Божественный, озаряющий нам путь к горнему Иерусалиму.



О терпении и смирении

Надобно всегда терпеть все, что бы ни случилось, Бога ради, с благодарностью. Наша жизнь - одна минута в сравнении с вечностью; и потому недостойны, по Апостолу, страсти нынeшняго времене къ хотящей славe явится въ насъ (Рим. 8, 18).

Оскорбления от других переносить должно равнодушно и приобучаться к такому расположению духа, как бы их оскорбления не до нас, а до других касались.

В молчании переноси, когда оскорбляет тебя враг и единому Господу открывай тогда свое сердце.

Когда люди поносят нас, мы должны считать себя недостойными похвалы. Ежели бы были достойны, то бы все кланялись нам.

Мы всегда и пред всеми должны уничижать себя, следуя учению св. Исаака Сирина: уничижи себе и узришь славу Божию в себе (Сл. 57).

Не сущу свету, вся мрачна, так и без смирения ничего нет в человеке, как только одна тьма. Посему возлюбим смирение и узрим славу Божию; идеже бо истекает смирение, тамо слава Божия источается.

Как воск не разогретый и не размягченный не может принять налагаемой на него печати, так и душа, не искушенная трудами и немощами, не может принять на себя печати добродетели Божией. Когда диавол оставил Господа, тогда приступили ангелы и служили Ему (Матф. 4, 11). Так, если во время искушений несколько отходят от нас ангелы Божии, то недалеко, и скоро приступают и служат нам Божественными помышлениями, умилением, услаждением, терпением. Душа, потрудившись, стяжевает и прочие совершенства. Почему св. пророк Исаия говорит: терпящiи Господа измeнятъ крeпость, окрылатeютъ, аки орли, потекутъ и не утрудятся, пойдутъ и не взалчутъ (Ис. 40, 31).

Так терпел и кротчайший Давид: ибо, когда Семей поносил его и метал на него камни, говоря: изыди мужу беззаконный,- он не сердился; и когда Авесса, вознегодовав на сие, сказал ему: почто проклинаетъ песъ умершiй сей Господина моего Царя? он запретил ему, говоря: оставите его и тако да проклинаетъ мя, ибо Господь увидит и воздаст мне благое (2 Цар. 16, 7-12).

Почему после и воспел: терпя потерпeхъ Господа, и внятъ ми, и услыша молитву мою (Пс. 39, 2).

Как чадолюбивый отец, когда видит, что сын его живет беспорядочно, наказывает его; а когда увидит, что он малодушен и наказание свое сносит с трудом, тогда утешает: так поступает с нами и благий Господь и Отец наш, употребляя все для нашей пользы, как утешения, так и наказания, по Своему человеколюбию. И потому мы, находясь в скорбях, как дети благопокорливые, должны благодарить Бога. Ибо если станем благодарить Его только в благополучии, то подобны будем неблагодарным иудеям, которые, насытившись чудной трапезы в пустыни, говорили, что Христос воистину есть пророк, хотели взять Его и сделать царем, а когда Он сказал им: дeлайте не брашно гиблющее, но брашно пребывающее въ животъ вечный, тогда говорили Ему: кое убо Ты твориши знаменiе? Отцы наши ядоша манну въ пустыни (Иоан. 6, 27-31). Прямо на таких падает слово: исповeстся Тебе, егда благо сотвориши ему,- и таковый даже до конца не узритъ свeта (Пс. 48, 19-20).

Посему Апостол Иаков учит нас: всяку радость имeйте, братiя моя, егда во искушенiя впадаете различна, вeдяще, яко искушенiе вашея вeры содeлываетъ терпeнiе: терпeнiе же дeло совершенно да имать, и прибавляет: блаженъ мужъ, иже претерпитъ искушенiе: зане искусенъ бывъ прiиметъ вeнецъ жизни (Иак. 1, 2-4, 12).

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

Re: Праздники Святым

Сообщение admin » 15 янв 2010, 09:37

Благодаря императору Николаю Александровичу состоялась церковная канонизация преподобного старца Серафима.
Практически весь Синод высказался против.

"Религиозная экзальтированность царской семьи" - таково было неофициальное мнение Священного Синода.

"Слишком много чудес" - официальное заключение синодальной следственной комиссии. Результаты ее работы были переданы в Синод в 1894 году и благополучно там осели.

Государь лично настоял на исследовании мощей.
Результаты исследования подогрели протесты противников. Члены Синода говорили: "Куда и зачем ехать в лес, когда нашлись только кости?" Возражения многих, что "нетленность мощей не является непременным условием для почитания подвижника в лике святых", об отношении греков к нетленным мощам, о проявлении язычества в этом вопросе - не могли переубедить Св. Синод.

Опять понадобилось личное вмешательство Государя. Он преподнес в дар Саровской обители новый гроб для отца Серафима, была устроена прекрасная мраморная рака.
А покров на гробницу и коврик с дорожками своими руками вышивала императрица Александра Федоровна. Но противодействие не прекращалось...

Так же Синод будет затягивать с канонизацией св. Иоасафа Белгородского. Рассмотрение тянулось столь долго, что Государь был вынужден лично назначить срок торжества прославления.

Канонизацию св. Иоанна Тобольского Синод назовёт "неблаговременной" - и опять вмешается Царь.

Не уступил он и в 1903 году - "Немедленно прославить!" - начертал своей монаршей волей поверх многих пунктов опровержений. А сомневающимся говорил, что у него есть неоспоримые доказательства святости Серафима Саровского.
И вскоре Император преклонял колени перед мощами, нес их на своих плечах...

Изображение

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

Свт. Феофана, Затворника Вышенского

Сообщение admin » 23 янв 2010, 10:15

23января - Свт. Феофана, Затворника Вышенского (1894).
Изображение

Выдержка из творения "Провозвестник кары Божией русскому народу святитель Феофан Затворник Вышенский" архиепископа Аверкия. Архиепископ Аверкий ( Таушев) 1906-1976 — епископ Русской православной церкви за границей


...Но не в том задача настоящего нашего очерка, чтобы дать исчерпывающую характеристику замечательной личности, жизни и трудов этого дивного столпа нашей Российской Церкви за последнее время, а в том, чтобы обрисовать его как пророка Божия, посланного русскому народу перед наступлением грозных времен, как провозвестника кары Божией русскому народу за его измену своему призванию, за его богоотступничество, за попрание им св. Православия, за отход от священных заветов своего Просветителя св. равноапостольного кн. Владимира.

Дабы понять и оценить во всей силе значение Преосвященного Феофана для русского народа, верным сыном которого он являлся, необходимо бросить хотя бы беглый взгляд на то, что представляло собой современное ему русское общество. Оно являло собою крайне печальное зрелище. Оторвавшись, под губительным влиянием западной лжекультуры, от своего родного православного корня, оно не пришло ни к чему, не создало, да и не могло создать никаких положительных идеалов. Губительнее всего был тот глубокий разладг та пропасть, которая образовалась между простым народом, сохранявшим еще преданность родной старине, и руководящим образованным классом, так называемой "интеллигенцией", порвавшей почти все связи с прошлым и сделавшейся в русском народе как бы каким-то особым народом, не помнящим родства. Дабы не быть голословными, предоставим здесь говорить современному наблюдателю, так характеризующему тогдашнюю русскую жизнь:

"Современное русское общество, - говорит он, - превратилось в умственную пустыню. Серьезное отношение к мысли, искреннее уважение к науке почти исчезли, всякий живой источник вдохновения иссяк. С падением философии логика сделалась излишним бременем; умение связывать свои мысли отошло в область предрассудков; никогда еще русская литература не стояла так низко; никогда еще легкомыслие и невежество так беззастенчиво не выставлялось напоказ. Самые крайние выводы самых односторонних западных мыслителей, обыкновенно даже и непонятые и непереваренные, смело выдаются за последнее слово европейского просвещения... Современный образованный человек потерял свое равновесие. Нигде он не находит твердой точки опоры. Среди бесконечного множества частностей у него исчез всякий общий взгляд. Никогда еще не было такого всеобщего шатания, такого умственного мрака. Сильная мысль, крепкие убеждения, высокие характеры становятся редкостью". ("Наука и религия", Б.Н. Чичерин.)

В религиозно-нравственной области картина современной святителю Феофану русской жизни - еще мрачнее, еще безотраднее. Безверие, нигилизм, беспринципность, отрицание каких бы то ни было религиозно-нравственных устоев и тут же порой - нездоровое истерическое увлечение крайними сектантскими лжеучениями, спиритизмом, оккультизмом, теософией, черными мессами и т.п. - все это ясно показывало, что русское общество тяжко болеет, что оно заражено тяжелым, трудноисцелимым недугом, что оно переживает мучительный нравственный кризис. Существо этого кризиса метко определил один из наших поэтов того времени:

"Не плоть, а дух растлился в наши дни,
И человек отчаянно тоскует;
Он к свету рвется из ночной тени
И свет обретши, ропщет и бунтует.
Безверием палим и иссушен
Невыносимое он днесь выносит!..
И сознает свою погибель он,
И жаждет веры... Но о ней не просит."
(Тютчев)
"Безверие" - вот, где корень всех зол, вот, что привело образованного русского человека к этому шатанию умов и сердец, к этому гнетущему духовному кризису.

Но откуда взялось это "безверие" в русском народе, который со времен святого князя Владимира настолько воплотил в своей жизни высокие евангельские идеалы, что заслужил название "народа-Богоносца", сделался подлинно "Святою Русью", как свидетельствуют об этом беспристрастные исторические памятники?

Это "безверие" и порожденное им шатание умов и сердец было занесено к нам с Запада. Оно посеяно было у нас в результате слишком стремительного и неосторожного сближения с чуждой нам по духу, полуязыческой западноевропейской культурой. Судьбы каждого народа, как и судьбы каждого отдельного человека, несомненно, - в руках Божиих. И каждый народ имеет свою особую, указанную ему Богом миссию, свое призвание. Уклонение от этой миссии неизбежно влечет за собой катастрофу, ибо никто не может безнаказанно идти против воли Божией. У русского народа была своя высокая миссия, несомненно, Богом ему определенная - быть хранителем истинной веры в мире, быть светочем св. Православия для всего остального человечества. И пока русский народ сознавал величие этой своей миссии, пока он дорожил своим св. Православием, он благополучно выходил из всех постигавших его исторических потрясений. Но вот, к несчастию для русского народа, а как мы видим теперь, и к несчастию для всего человечества, русское передовое общество в конце XVII и начале XVIII веков начало резко отклоняться от предназначенного ему Богом исторического пути. Мы далеки от того, чтобы огульно осуждать все реформы императора Петра I, "прорубившего окно в Европу" и заимствовавшего с Запада много полезного для усовершенствования русской техники, военного и корабельного дела и вообще всего того, что касается благоустроения земной жизни человека. Не сами по себе эти внешние заимствования были губительны - роковым для русского народа в ту пору оказалось его внутреннее, духовное сближение с Западом, который праздновал как раз тогда эпоху так называемого "Возрождения", то есть отречения от последних остатков христианства, какие еще оставались в латинстве, и возвращения к идеалам язычества. Наглядным примером правильного отношения к петровским реформам должен был бы служить случай с великим нашим святителем Митрофаном Воронежским, которого очень любил и чтил сам Император Петр. Св. Митрофан с полным сочувствием относился ко многим мероприятиям Петра, но лишь до тех пор, пока они не шли вразрез с православным благочестием русского народа, не подрывали устоев св. православной веры и не разрушали той истинно христианской аскетической нравственности, в которой веками до того воспитывались все русские люди от князей и царей до последнего простолюдина. Известно, что на закладку русского флота св. Митрофан пожертвовал имп. Петру все сбережения от архиерейских доходов в огромной по тому времени сумме 6000 рублей и затем постоянно отсылал ему новые сбережения с надписью: "на ратных". Но когда однажды Петр пригласил его к себе во дворец, он отказался войти туда, увидя перед воротами и на дворе статуи языческих божеств. Царь сильно разгневался на него за это, но святитель оставался непреклонен. И что же? Петр в конце концов уступил - приказал убрать статуи, а по кончине святителя плакал о нем и сам нес его гроб до могилы. В этом простом, но жизненном примере ясно был указан русскому человеку правый путь в отношениях с Западом: можно заимствовать с Запада все, что там действительно есть хорошего и полезного, но не забывать при этом ни с чем не сравнимого превосходства сокровищ своей родной православной веры, помнить свое высокое призвание и не приобщаться чуждому нам западному духу губительной для душ противоестественной смеси извращенного христианства с возрожденным язычеством.

Но, увы! Слишком соблазнительными показались русскому человеку приманки глубоко-земной западной культуры, потакавшей всем низменным страстям и похотям падшего человека. Падать вниз, катиться по наклонной плоскости всегда легче, чем держаться на высоте своего положения, своего призвания. Вот мы и покатились!.. И хотя внешняя, чисто-земная культура у нас продолжала развиваться и совершенствоваться, - зато внутренняя культура, культура православно-христианского духа стала быстро улетучиваться. Со времен Петра мы начали заимствовать с Запада и пересаживать на благодарную, черноземную русскую почву все, что попало, без всякого разбора. "Все хорошо, что не наше" - стало лозунгом русского общества XVIII в., а наше исконное родное, вплоть до святынь нашей веры, оплевывалось и высмеивалось, - в крайнем случае, признавалось законным достоянием "мужика", который стал каким-то низшим существом, представителем какой-то особой, отсталой расы русского народа. В этом диком увлечении всем западным дошли наконец до такого сумасбродства, что презрели даже свой родной русский язык. Французский язык оказался почему-то лучше, прекраснее, благороднее, выразительнее нашего родного русского языка, а самыми лучшими воспитателями и желаннейшими наставниками и учителями русского молодого поколения сделались французские лакеи, дворники, горничные, парикмахеры, по большей части, до мозга костей глубоко развращенные и наше юношество так же глубоко развращавшие, учившие его безверию, нигилизму и разврату. Вместо святоотеческих творений, которые были любимым чтением наших благочестивых предков, русские нравственные уроды XVIII-го века зачитывались пошлыми и гнусными французскими романами, пропитанными все тем же духом безверия, пошлости, бесстыдного цинизма и всякой нравственной нечистоты. Всякое новое веяние, всякое новое течение в развращенной лже-культурной жизни Запада сейчас же раболепно и подобострастно у нас подхватывалось, всячески распространялось, прививалось и насаждалось как верх "культурных достижений" человечества. Особенно губительными для нас оказались плоды посеянных у нас в эпоху императрицы Екатерины II идей французской, так называемой "просветительной", философии XVIII-го века. Безбожные и революционные идеи, под впечатлением только что разразившейся Великой Французской Революции, настолько захватили тогда русское общество, что вызвали серьезное беспокойство даже в наших весьма либеральных правительственных кругах. Посеянная зараза, поскольку ей не было оказано с самого начала решительного противодействия, не могла не распространяться все шире и шире. Нисколько не удивительно поэтому возникновение всевозможных тайных революционных кружков и движение декабристов в начале следующего XIX-го века. Весь XIX век проходит под знаменем дальнейшего импорта с Запада всех возникавших там безбожных материалистических и революционных учений и течений, вплоть до пресловутого марксизма-коммунизма, окончательно сгубившего нашу несчастную Родину.

Конечно, все это происходило не случайно, не делалось само собой. Особые темные силы, которым ненавистна была наша Родина как оплот истинной веры на земле, веры Православной, систематически работали над тем, чтобы развратить наши молодые поколения и сделать Святую Русь жребием сатаны. Но досадно и до глубины души больно за тех наивных и неразумных русских людей, которые и тогда не понимали, да и теперь еще не понимают, кто, как и зачем толкал русский народ в пропасть безверия и разврата. Ну вот и докатились, наконец, до страшной кровавой бездны, до жуткого коммунистического ада, который готовится теперь поглотить уже весь мир. Не время ли, не пора ли, хотя теперь, прозреть всем и каждому?!.

И в этом отношении необыкновенно драгоценны и поучительны для нас творения великого нашего светильника и наставника Преосвященного Епископа Феофана Затворника. Истинное значение его как пророка Божия, посланного русскому народу для того, чтобы призвать его к покаянию и обращению к Богу, до сих пор еще по достоинству не оценено. Ведь он, находясь в глубине своего затвора, еще в 60-70 годах прошлого столетия прозревал духом своим то страшное бедствие, которое надвигалось на не устоявший в верности своему св. Православию русский народ, предощущал ту жуткую кровавую бездну, в которую он катился. Прозревал духом, скорбел, ужасался, отечески вразумлял, умолял, предостерегал. Все его проповеди и письма в той или иной мере отражают эту скорбь великого святителя о неразумных увлечениях современных ему русских людей, а некоторые яркими штрихами и совершенно открыто изображают черты приближающегося бедствия. Замечательно, что он говорил и писал об этом так решительно еще в 60- 70 гг. прошлого века. То, что для многих стало ясно в годы, непосредственно предшествовавшие нашей несчастной революции, далеко не было и не могло быть ясным для всех в те, еще столь отдаленные годы прошлого столетия. Но великий святитель Божий все это провидел своими Богоозаренными прозорливыми очами и грозно предостерегал русский народ о неизбежно ожидающей его каре Божией. К убеждению в неизбежности ее приводили его прежде всего собственные наблюдения над современными ему русскими людьми. Вот как пишет он, например, в одном из писем:

"Знаете ли, какие у меня безотрадные мысли? И не без основания. Встречаю людей, числящихся православными, кои по духу вольтериане, натуралисты, лютеране и всякого рода вольнодумцы. Они прошли все науки в наших высших заведениях. И не глупы и не злы, но относительно к вере и к Церкви никуда негожи. Отцы их и матери были благочестивы; порча вошла в период образования вне родительского дома. Память о детстве и духе родителей еще держит их в некоторых пределах. Каковы будут их собственные дети? И что тех будет держать в должных пределах? Заключаю отсюда, что через поколение, много через два, иссякнет наше православие".

Эти "безотрадные мысли" не ввергают, однако, святителя Феофана в уныние и отчаяние. Он находит еще возможным бороться с этим религиозно-нравственным разложением русского общества его времени. И как истинный служитель Божий горячо призывает всех, кто к тому способен, не сидеть сложа руки, но начать решительную борьбу с надвигающейся на русский народ смертельной опасностью.

"Что ж? Сидеть, поджавши руки? - пишет он далее. - Нет! Надо что-нибудь делать! Злые начала вошли в науки и в жизнь; у нас нет книг, читая которые можно бы образумиться тем, кои еще способны к образумлению... Нужны жаркие книги, защитительные против всех злостей. Следует нарядить писак и обязать их писать" (Письма о христ. жизни, стр. 78).

В первую очередь к священной борьбе за спасение русского народа святитель Феофан призывал пастырей. Неустанной пастырской проповеди он придавал громадное значение и горячо звал пастырство не умолкать в проповеди Слова Божия, разъясняя верующим истины Христовой веры и безмерное превосходство Православия над всеми другими исповеданиями, всех привлекая и словом и примером на путь истинной благочестивой христианской жизни.

"Молчащее пастырство, что за пастырство?" - говорит он и советует священнику регулярно собирать детей в церковь и на дом по воскресным вечерам или "когда и как будет удобнее", чтобы "юное народившееся поколение, с первых сознательных лет, подготовлять, толкуя и разъясняя им истины нашей веры, что нужно и можно им знать".

"Первым делом своей совести, - говорит дальше святитель Феофан, - священник должен считать проповедывание Слова Божия, наставление и усовершенствование как взрослых, так и детей в ведении христианской веры ("Мысли на каждый день года", стр. 247).

Положение пастыря-священника стало особенно ответственным вследствие того, что на русской земле все более и более распространяются всевозможные ложные учения, противные Слову Божию и учению Церкви, а потому от пастыря требуются большие знания, чтобы уберечь свою паству от увлечения ими.

"Каких-каких у нас не ходит учений и в школах, и в обществе, и в литературе! - горестно восклицает святитель. - Священник и должен уметь все это разъяснять и давать решение на все, ибо "говор ученых похож на молву и моду: ныне одно, завтра другое", - ты же внимай одному глаголу Божию, пребывающему во веки".:

Наблюдая все усиливающееся богоотступничество в русском народе, постепенный отход от веры и Церкви, святитель Феофан приходит к печальному заключению о неизбежности кары Божией над русским народом и притом именно в форме кровавой революции, на что он весьма прозрачно намекает в целом ряде своих "Мыслей на каждый день года" и во многих проповедях.

"Поднялось скрытое гонение на христианство, которое стало прорываться и явно, как недавно в Париже. Что там сделалось в малом объеме, того надобно ожидать со временем в больших размерах... Спаси нас, Господи!" (стр. 225, 226). Здесь замечательное предвидение того, что революция в России будет еще хуже французской.

."Господь много знамений показал в Капернауме, Вифсаиде и Хоразине; между тем, число уверовавших не соответствовало силе знамений. Потому-то Он строго и обличил эти города и присудил, что в день суда отраднее будет Тиру и Сидону, Содому и Гоморре, нежели городам тем. По этому образцу надо нам судить и о себе. Сколько знамений показал Господь над Россией, избавляя ее от врагов сильнейших и покоряя ей народы! Сколько даровал ей постоянных сокровищниц, источающих непрестанные знамения, - в св. мощах и чудотворных иконах, рассеянных по всей России! И, однако ж, во дни наши россияне начинают уклоняться от веры: одна часть совсем и всесторонне падает в неверие, другая отпадает в протестантство, третья тайком сплетает свои верования, в которых думает совместить и спиритизм, и геологические бредни с Божественным Откровением. Зло растет: зловерие и неверие поднимают голову; вера и Православие слабеют. Ужели же мы не образумимся? И будет, наконец, то же и у нас, что, например, у французов и других...А если это будет, что, думаете, будет нам за то в день судный, после таких Божиих к нам милостей? Господи! Спаси и помилуй Русь православную от праведного Твоего и належащего прещения!" (стр. 187-188).

Как это ясно видно, в вышеприведенных словах святитель Феофан достаточно понятным для всех языком предрекает, что неминуемым последствием уклонения русских людей от веры и усиления в их среде зловерия и неверия явится подобная той, что была у "французов и у других", страшная кровавая бойня самоистребления, называемая революцией.

В чем же видит богомудрый святитель причину этого все растущего зловерия и неверия, грозящих нам такой страшной катастрофой?

Во многих местах своих творений он ясно и определенно указывает причину этого в нашем неразумном увлечении чуждой нам по духу полуязыческой, отрекшейся от Христа культурой Запада.

"Западом и наказывал и накажет нас Господь, - так грозно предрекает святитель, - а нам в толк не берется. Завязли в грязи западной по уши, и все хорошо. Есть очи, но не видим; есть уши, но не слышим и сердцем не разумеем. Господи, помилуй нас! Поели свет Твой и истину Твою!" (Письма о христ. жизни, стр. 70).

Но где нам было понимать это так, как понимал это он? Ведь все, приходившее с Запада, представлялось нам тогда идеалом подлинного просвещения, а свет евангельской истины многие обезумевшие русские люди не устрашались кощунственно именовать "мракобесием".

Указывает святитель Феофан и на зловредное влияние современной ему русской литературы, утратившей в большинстве произведений к тому времени свой идеальный характер и национальный русский дух и сделавшейся проводником в обществе все тех же разрушительных западных идей.

"Другая злая вещь у нас, - пишет он в том же письме, - наша литература, западным духом наполненная, и ту очищает Господь тоже ударами с Запада. Но все неймется" (стр. 70).

Имея в виду нелепую и смешную, но в то же время и глубоко зловредную французоманию, которой болело наше интеллигентное общество во второй половине XVIII-го и в начале XIX-го века, вплоть до так называемой Отечественной войны с Наполеоном и его полчищами, святитель Феофан посвящает и ей несколько слов в своем поучении на праздник Рождества Христова, когда праздновалось у нас "Избавление России от нашествия галлов и с ними двадесяти язык".

"Нас увлекает просвещенная Европа, - говорит он, - да! Там впервые восстановлены изгнанные было из мира мерзости языческие; оттуда уже перешли они и переходят и к нам. Вдохнув в себя этот адский угар, мы кружимся, как помешанные, сами себя не помня. Но припомним двенадцатый год: зачем это приходили к нам французы? - Бог послал их истребить то зло, которое мы у них же переняли. Покаялась тогда Россия, и Бог помиловал ее", а дальше пророчески грозит и предрекает:

"...а теперь, кажется, начал уже забываться тот урок. Если опомнимся, конечно, ничего не будет; а если не опомнимся, кто весть, может быть, опять пошлет на нас Господь таких же учителей наших, чтобы привели нас в чувство и поставили на путь исправления. Таков закон правды Божией: тем врачевать от греха, чем кто увлекается к нему. Это - непустые слова, но дело, утверждаемое голосом Церкви. Ведайте, православные, что Бог поругаем не бывает" (Мысли, стр. 461).

Нет сомнения, что под этими "мерзостями языческими", восстановленными в Западной Европе, святитель Феофан подразумевал эпоху так называемого "Возрождения", или "гуманизма", которая характеризовалась отречением культурной жизни Запада от христианства и возвращением к идеалам язычества. В вышеприведенных словах святитель, как мы видим, резко осуждает наше неразумное увлечение этой полуязыческой западной культурой и в особенности - французоманию, доходившую до презрения к своему родному языку и замены его французским. И это страшное, можно сказать, стихийное нашествие на нас французов и с ними других европейских народов ("двадесяти язык") в 1812 году было, по мысли святителя Феофана, ничем иным, как целительным средством, которое употребил Господь для того, чтобы мы прозрели и воочию увидели чего стоит эта мнимая западная "культура". Когда в Отечественную войну французы, столь обаятельные и галантные в светских салонах, обнаружили все свое внутреннее бесстыдство, "буйство" и "зверонравность", храмы Божий не постыдились обратить в конюшни и надругались над нашими святынями, тогда только познали мы истинную цену той лжекультуры, которой так безрассудно прежде увлекались. В итоге Отечественной войны мы, казалось, радикально излечились от "французской жизни": "покаялась тогда Россия, - говорит святитель Феофан, - и Бог помиловал ее".

Но вскоре стало ясно, что урока этого все же было недостаточно. Слишком глубоко "завязли мы в грязи западной", слишком привлекательной казалась "гуманистическая" западная культура, поставившая на место Бога самого человека, угождавшая и льстившая всем низменным страстям и похотям человека, "человека душевного, не имеющего духа" (Иуд. 19, ст.). И вот, по словам святителя Феофана, "стал забываться тот урок", который был дан нам в промыслительном нашествии французов. Снова началось увлечение всякими вольнодумными, безбожными, материалистическими теориями, порожденными на отвергшем Бога Западе, снова самозванные западные учителя и наставники безверия, нигилизма и разврата стали у нас желанными гостями и даже кумирами, перед которыми благоговейно преклонялось наше интеллигентное общество, а особенно - несчастное, сбитое с толку учащееся юношество.

"Горько, горько то, - пишет по этому поводу в одном из своих писем святитель Феофан, - что творится у нас среди мыслящих. Все ум потеряли. Философские воззрения не в ходу, руководятся ветром навеваемыми началами. Святая вера отодвинута на задний план. И даже богословствующие потеряли настоящие основы богословствования православного, и все смеются. И Господь, кажется, отвратил очи Свои от нас и не посылает делателей. Сколько раз я порывался кричать, но ничего не идет из головы. Может быть, и другие то же испытывают. Не оставление ли это Божие? Боже, милостив буди!" (Собрание писем, вып. VII, стр. 206).

"Следует наказать нас, - пишет святитель в другом письме, - пошли хулы на Бога и дела Его гласные. Некто писала мне, что в какой-то газете "Свет" № 88 напечатаны хулы на Божию Матерь. Матерь Божия отвратилась от нас; ради Ее и Сын Божий, а Его ради Бог Отец и Дух Божий. Кто же за нас, когда Бог против нас?! Увы!" (там же).

Замечательно, что сам святитель Феофан - кротчайший, благостнейший и любвеобильнейший, был немилосердно суров и беспощадно строг ко всем сеятелям безверия и нечестия, увлекавшим Россию в бездну погибели. Говорят, что одной из причин ухода его с епископской кафедры в затвор была именно необыкновенная, голубиная его кротость, мешавшая ему делать необходимые выговоры и замечания неисправным подчиненным. И вот такой кротчайший святитель со всей беспощадной суровостью обрушивается в своих письмах на распространителей материалистических воззрений в России и требует запретить им их разлагающую работу... под угрозой смертной казни!

"У вас там, - пишет он, - и всюду охают и охают. Беда! беда! и беда видна. Но никому в голову не приходит - загородить и завалить источник беды. Как шла французская революция? Сначала распространились материалистические, воззрения. Они пошатнули и христианские и общерелигиозные убеждения. Пошло повальное неверие: Бога нет; человек - ком грязи; за гробом нечего ждать. Несмотря однако на то, что ком грязи можно бы всем топтать, - справедливо иронизирует святитель, - у них выходило: не замай! не тронь! дай свободу! И дали! Начались требования - инде разумные, далее полуумные, там безумные. И пошло все вверх дном.

Что у нас? У нас материалистические воззрения все более и более приобретают вес и обобщаются. Силы еще не взяли, а берут. Неверие и безнравственность тоже расширяются. Требование свободы и самоуправства - выражается свободно". И вот "выходит, - уже прямо и открыто предрекает святитель, - что и мы на пути к революции. Как же быть?" И Богоозаренный святитель, прозревая духом все те бесчисленные кровавые ужасы, которые в результате укрепления этих материалистических воззрений постигли нашу несчастную Родину, предлагает самые решительные, радикальные меры, к которым у нас в свое время не захотели прибегнуть. "Надо, - говорит он, - свободу замыслов пресечь - зажать рот журналистам и газетчикам. Неверие объявить государственным преступлением. Материальные воззрения запретить под смертной казнью. Материальные воззрения чрез школы распространяются. Лапласовская теория самообразования мира с прибавкой Дарвиновских бредней идет в уроках. После школы и в письмена она вошла... и всюду приносит плод неверия. Кто виноват в этом? Правительство. Оно позволило. Следовательно, кому следует все это пресечь - Правительству". (Собрание писем, вып. VII, стр. 142-143). Интересно, что в этом обвинении нашего правительства в слабости и недостаточной решительности в борьбе со все разрастающимся злом святитель Феофан вполне сходится с другим своим великим современником - приснопамятным отцом Иоанном Кронштадтским, который также неоднократно упрекал наше царское правительство за то, что оно не принимает достаточно решительных и суровых мер к пресечению зла, влекущего русский народ в погибель. Оба этих великих духоносных мужа, несших подлинно пророческое служение для спасения гибнущего русского народа, горячо призывали русский народ к покаянию, стремясь поднять русский народ из той страшной бездны падения, в которую он опускался, но тщетно.

Рисуя в одной из своих замечательных проповедей мрачную картину широкого распространения на нашей Родине зловредных материалистических идей, занесенных к нам с давно отрекшегося от Христа под влиянием "гуманизма" Запада, святитель Феофан делает логичный вывод:

"Если у нас все пойдет таким путем, то что дивного, если и между нами повторится конец осмьнадцатого века со всеми его ужасами? Ибо от подобных причин подобные бывают и следствия!" (Слова на торжественные дни, - стр. 187). "Воды потопного нечестия устремляются на нас и готовы поглотить всех нас", и все это потому, что "ныне начинает господственно водворяться среди нас дух мира, тот дух, который побежден Господом Иисусом Христом и должен быть побеждаем силою Его и чрез нас" (там же, стр. 262).

"Не подумал бы кто, - говорит далее святитель Феофан, - что, говоря так, мы устрашаем вас призраками, подставляем небывалые опасности, указываем врага, сильного, может быть, где-нибудь в другом месте, но не у нас. Дал бы Бог, чтобы это было так! И да удалится от нас пагубный дух на край света, и да не помянется имя его среди нас!"

"Но посмотрите, что делается вокруг, и увидите, что враг лицом к лицу предстоит нам, уже врывается в ряды воинства нашего и производит в нем сильное смятение и опустошение".

И далее святитель по пунктам дает живую характеристику этого злого духа мира, начавшего преобладать в нашей русской жизни.

"Ибо, что такое есть "дух мира"?

1. Дух мира есть дух вражды на Бога... Вкусившие духа мира о Боге и вещах божественных не помышляют, не говорят, не пишут; а живут так, как бы не было Бога: у них почитается даже неприличным поминать об этом в кругу своем. Есть между ними класс людей с очищенными, как они говорят, понятиями, которые не считают зазорным при случае отпустить острое словцо на счет святых убеждений наших и дел благочестия, которые каждый месяц выпускают в печать огромные тома, читаемые десятками тысяч, где о всем рассуждают, кроме Бога, все решают без участия Высшей Силы Премудрой и Благой и на все решаются, не чувствуя нужды в Божественном содействии и в молитвенном к Богу обращении, где если по страху не изрыгают открыто хульного неверия и безбожия, то не боятся разными изворотами речей вливать яд сомнения и колебания в вере в неопытные души. Дивно ли, что среди них распространяется холодность к вере и св. Церкви, небрежение о св. уставах ее, отчуждение от них, желание отменить и уничтожить их потому только, что они так сильно возвещают о Боге и будущей жизни...

2. Дух мира есть дух взаимного между людьми охлаждения, разделения и враждования, в противоположность искреннему и глубокому единению, долженствующему царствовать между истинными христианами. Когда кто, увлекшись духом мира, отпадает умом и сердцем от Бога, то естественно останавливается на себе самом и, поставляя себя целью, все окружающее - и вещи, и лица обращает в средство для своих целей. Себялюбие (эгоизм) есть неточное начало жизни по духу мира...;

И вот вы видите, что и у нас, среди тех, кои увлечены духом мира, распространяется взаимная холодность, иссякает братская любовь, начинают разделяться муж с женой, дети с родителями, домы подкапываются под домы, роды под роды, и сословия вооружаются против сословий: - миряне хладеют к духовенству, низшие классы к высшим, светско-ученые к духовно-ученым и обратно... всюду проходит разделение... Господи! Это ли ученики Твои, к которым сказал Ты: "О сем уведят, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою!"

3. Дух мира есть дух всесторонних похотствований... ибо "все еже в мире, похоть плоти, похоть очес и гордость житейская" (1 Ин. 2, 15-16), говорит Апостол. И вот у нас повсюду открыты гульбища, зрелища, театры, музыкальные вечера, домашние представления, живые картины, концерты, балы, фейерверки, увеселительные сады, куда всех приглашают без различия пола и возраста, без различия воскресных дней, праздников и постов. Сотни рук заняты описанием и живописным изображением всего этого в сотнях листов, газет и журналов, где наперерыв стараются представить все это в самых привлекательных и обольстительных красках. Все это пред очами нашими. Видите ли, как одолевает нас дух мира и, совлекая с нас целомудренную одежду жития Христианского, облекает в срамные рубища похотливых дел и обычаев...

4. Дух мира, наконец, есть дух гонения и преследования всего святого, небесного и божественного. Враждующий на Бога мир не может терпеть: ничего, что носит печать Божественного происхождения и напоминает о Боге: потому теснит и гонит из своей области дела веры, и благочестия... Гонение на дела веры - в православном царстве!! Удивительно; однако ж это так есть... Есть лица, которые стыдятся в храм Божий ходить... держать себя, как прилично Христианину. Гонитель невидим, но гонение видимо и всеми испытывается... И вот все, по магическому слову: "что скажут", не зная, кто и что скажет, - боятся открыто обнаруживать в делах святую веру свою. А слова и дела по духу мира открыто являются на стогнах града. Их творить не стыдятся и не боятся, они, как у себя дома.

Вот, братия, какая тлетворная образуется вокруг нас атмосфера!" ("Слова", стр. 262-268).

В своей проповеди на день Рождения Наследника Цесаревича Николая Александровича, произнесенной 8 сентября 1863 года, святитель Феофан со скорбью констатировал:

"...Вслед за окончанием Крымской войны (как будто плотина какая прорвалась), широкой рекой потекли к нам западные учения о неслыханных дотоле, противных духу Христову, порядках в жизни семейной, религиозной, политической, кои гласно стали слышаться в речах и читаться в печати... Припомните историю судей Израильских. В продолжение четырехсот лет повторялся у них следующий ход событий. Как скоро отступали от правил жизни, заповеданных им Богом чрез Моисея, и перенимали новые у соседей, тотчас были предаваемы в плен сим самым учителям их. Когда каялись и возвращались к прежним нравам, Бог посылал им избавителя и освобождал их из-под ига. Если снова уклонялись, - снова подпадали игу рабства; и когда исправлялись, были снова освобождаемы. Так было раз до 12-ти, - будто нарочно для того, чтобы хорошенько затвердили они, а чрез них и все, что от правил жизни, Богом преданных, уклоняться нельзя безнаказанно, что кто это делает, гнев Божий привлекает и подрывает благоденствие и независимость государства. Какого рода ни было бы сие отступление, все оно - как дело Богоборное, небезопасно. У нас, например, инде бывает, что св. постов не соблюдают, брака не считают святым и не соблюдают законов его; монашества чуждаются и хотели бы упразднить его, не святят дня Господня и св. праздников, обращая их в гульбища, срамные утехи и прочее тому подобное. Все это не наши правила и обычаи, а от соседей наших переняты. И конечно, не пройдут нам даром, если не отстанем от них и дадим им обобщиться среди себя. Побережемся же, не прогневался бы на нас Господь и не предал бы в руки учителей наших, буиих и злонравных, как и погрозил было однажды.

Нельзя не видеть, что молитвословие и церковность начали быть вытесняемы из круга жизни нашей. Многие живут и действуют так, как бы для них не было Господа и св. Церкви Его... Идут в театр, когда надо бы идти в церковь; учреждают гуляния с шумом и музыкой во время церковных служб и даже близ церкви, отвлекая от нее простодушных и развлекая в ней желающих благочествовать; торговые дни назначают в воскресные и праздничные дни и шатаются по рынкам, когда бы следовало предаваться молитве и богоугодным занятиям. Идут мимо церкви и не молятся, - от того, что не помнят о ней: голова не тем занята. Входя в дома не обращаются к иконам, не полагают крестного знамения и домохозяев приветствуют не по-христиански. Да и иконы из домов повынесли, как молокане. Есть даже такие, кои не считают долгом крестить детей своих. Много и другого дурного занято нами от соседей. Не перечислить всего. Довольно и указанных случаев, чтобы увериться, что начали прокрадываться к нам обычаи, обличающие в приемлющих их Богозабвение. И это не пройдет нам даром".

А в своей проповеди на день Рождения Наследника Цесаревича, произнесенной 8 сентября 1864 года, святитель Феофан изрек подлинное пророчество, которое исполнилось буквально:

"Издавна охарактеризовались у нас коренные стихии жизни русской и так сильно и полно выражаются привычными словами: Православие, Самодержавие и Народность. Вот что надобно сохранять! - когда ослабеют или изменятся сии начала, русский народ перестанет быть русским. Он потеряет тогда свое священное трехцветное знамя" (там же, стр. 289).

* * *

Все предреченное Епископом Феофаном, как мы видим теперь, исполнилось. Действительно, мало-помалу "иссякло наше Православие". Как мало осталось среди нас людей, понимающих св. Православие, ценящих его, любящих его и свою жизнь старающихся устраивать по нему! Огромное большинство не знает, да и знать не хочет Православия, живя своей собственной, независимой от Церкви и ее уставов жизнью и руководясь полуязыческими, полуживотными идеалами "гуманизма". А те, кто по каким-то особым своим соображениям не порвали совсем с Православием, изобретают, измышляют свое собственное "нео-православие". Действительно началось сначала "скрытое", а потом и "явное гонение на христианство", достигшее столь "больших размеров", что Церковь Русская уподобилась мученической Церкви первых веков христианства.

Исполнилось и предречение свят. Феофана о том, что "вновь пошлет Господь на нас таких же учителей наших, чтобы привели нас в чувство и поставили на путь исправления", ибо "таков закон правды Божией: тем врачевать от греха, чем кто увлекается к нему". Увлекались мы материалистическими теориями Запада, нигилизмом, марксизмом-коммунизмом - Господь и послал нам в запломбированных вагонах облюбованных нашим интеллигентным обществом вождей марксо-коммунизма Ленина и Троцкого с "товарищами", чтобы "привели они нас в чувство и поставили на путь исправления". И вот они в течение более 45-ти лет уже, в лице своих достойных преемников, "приводят нас в чувство", в целях нашего вразумления, исправления и покаянного обращения к Богу. Страждет в страшных цепях самого унизительного рабства наша Родина, обливаясь кровью и слезами, подвергается издевательствам и всяческому глумлению и поношению святое-святых души русского человека. "Вы сами этого хотели, - как бы так говорит нам Господь, - получайте же желанное вами и наслаждайтесь!"

"Таков закон правды Божией: тем врачевать от греха, чем кто увлекается к нему".

Не хотело правительство наше принять решительных мер: "свободу замыслов пресечь, зажать рот журналистам и газетчикам, неверие объявить государственным преступлением, материальные воззрения запретить под смертной казнью" - вот и дожили мы до революции, даже еще более страшной, чем революция французская, и "между нами повторился конец осьмнадцатого века со всеми его ужасами". Не хранили мы "коренных стихий жизни русской" - Православия, Самодержавия и Народности, и в результате: Православие заменено у нас на Родине безбожной религией марксизма. Самодержавие - неслыханной еще в истории человечества жесточайшей тиранией, а Народность - бездушным интернационалом. И вот нет больше ни России, ни русского народа, ни нашего священного трехцветного знамени!

Из всего этого мы можем убедиться, какое подлинно-пророческое служение нес наш великий богомудрый наставник Преосвященный Феофан, Затворник Вышенский, пытаясь вразумить своим огненным словом наш несчастный русский народ в самую печальную пору его исторического бытия, когда он, словно в каком-то безумном опьянении, несся, очертя голову, в разверзшуюся перед ним страшную кровавую бездну.

Объясняя нам причины постигших нас тяжких бедствий и раскрывая нам в своих вдохновенных творениях, исполненных глубокого духовного опыта, дивные возвышенные красоты духовной жизни - сокровенной жизни в Боге, - святитель Феофан всех нас, русских людей, зовет на путь покаяния и обращения к Богу от прелестей мира и греха. Буквальное исполнение пророчески предреченных им бедствий, обрушившихся на русский народ, должно со всею очевидностью убеждать нас, что только в Боге и в руководстве учением нашей св. Православной Церкви - наше спасение.

Отношение к святителю Феофану тех или иных лиц, мнящих себя быть духовными вождями и руководителями умов и сердец русских людей, в настоящее время можно почитать безошибочным критерием их православности и духовной благонадежности. Нет другого пути ко спасению и возрождению нашей Родины, кроме единственно верного, строго православного пути, начертанного в творениях святителя Феофана и сродных ему по духу духоносных мужей и наставников чистого, беспримесного, святоотеческого Православия. Только твердыми вековыми устоями такого подлинного Православия жил и жив будет православный русский народ.

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

Св. блаж. Ксения Петебургская

Сообщение admin » 06 фев 2010, 10:12

В сентябре 1978 г. Архиерейский Собор Русской Православной Церкви Заграницей причислил Ксению Петербургскую к лику святых.

Изображение
Образ, бывший на прославлении

От Синода Русской Православной Церкви заграницей:

«… С верой и любовью благословляем и призываем всех отныне почитать Блаженную Ксению, как прославляемую Церковью святую, торжество прославления совершить в Синодальном соборе Знамения Пресвятой Богородицы в Нью-Йорке в воскресенье, 11 сентября сего года по старому календарю.
Далее совершать повсеместно празднование Блаженной 24 января старого стиля и 11 сентября старого стиля (в день ее прославления), имея в храмах святые иконы ея и прославляя за все сие дивнаго во святых Своих Господа нашего. Аминь»

( Председатель Архиерейского Собора Митрополит Филарет. Члены Собора …)

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

Re: Праздники Святым

Сообщение admin » 06 фев 2010, 10:15

Из писем и статей митрополита Филарета (Вознесенского) Первоиерарха РПЦЗ

И вообще в истории Церкви совместного служения без единомыслия не бывало никогда. Это чисто экуменическое теперешнее изобретение. Любовь, понимаемая по экуменическому мудрованию, широко открывает свои любящие объятия всем. Но, по меткому и глубокому замечанию редактора «Православной Руси» (архим. Константина Зайцева – ред.) эта любовь в своих объятиях любви готова задушить насмерть истинное Православие. Не напрасно апостол, именно любви, говорит о том, что человека, неверно говорящего об истине, не следует ни приветствовать, ни в доме принимать, ибо приветствующий его участвует в злых делах его.

Когда я беседовал по этому делу с мудрым и миролюбивым Преосвященным Андреем, архиепископом Рокландским, он по этому поводу высказался так образно и так убедительно, что я хочу это его высказывание привести вам без всякого сокращения. Владыка Андрей говорит:

«Вспоминается мне случай из жизни Блаженной Ксении Петербургской. Она была особенно популярна в купеческом мире. Купцы замечали, что каждое посещение Блаженной приносило удачу им в торговле. Так же как было и с о. Иоанном Кронштадтским, когда он приходил к торговцам и брал что-либо, то Бог посылал тому удачу. Раз в одном торговом месте купцам удалось раздобыть из одного богатого имения несколько различных сортов лучшего душистого мёда. Был мёд липовый, из гречихи и из других цветов. Каждый имел свой особый вкус и благоуханье. А когда купцы все эти сорта смешали в одной большой бочке, получилось такое благоуханье, такой вкус, о котором и мечтать нельзя. Покупатели брали мёд нарасхват, не жалея денег. И вдруг появилась Блаженная Ксения: «Не берите, не берите, – закричала она, – этот мёд нельзя есть, он дохлятиной пахнет!». И стала отгонять покупателей. «Ты, матушка, что с ума сошла? Не мешай нам, вон какая прибыль у нас! Да как ты можешь доказать, что этот мёд нельзя есть?». «А вот и докажу!» – сказала Блаженная, навалилась на бочку и её опрокинула. Пока мёд тёк на мостовую, он издавал благоуханье. А когда мёд вытек весь, то все закричали от ужаса и отскочили: на дне бочки лежала огромная дохлая крыса. Даже те, кто за дорогую цену купили этот мёд и носили его в банках, побросали и разбежались. Почему, – продолжает Владыка, – вспомнился мне этот случай? Почему я привожу его сейчас, охотно отвечу: на днях один американец, интересующийся Православием и побывавший во всех православных Церквах – и в Советском Союзе и здесь, в Америке, спросил меня: отчего я и целая группа русских православных людей не участвуем в приёме Патриаршей делегации и, вообще, как-то чуждаемся всего, что связано с церковной жизнью в Советском Союзе, и даже здесь в Америке уклоняемся от тех православных групп, которые так или иначе связаны с Патриархией. В чём дело? Разве догматы не те, или таинства другие или богослужение иное? Я подумал, – говорит Владыка, – и ответил: «Нет, дело не в этом: вера та же и богослужения те же. Вера православная сама по себе благоухает как мёд душистый, где она не возвещается. Но если бы этот душистый мёд налился в бочку, на дне которой окажется дохлая крыса, захотите ли Вы отведать этого мёда?». Он с ужасом посмотрел на меня и говорит: «Конечно, нет!». «Так вот и мы, – ответил ему я, – чуждаемся всего того, что связано с коммунизмом. Коммунизм для нас всё равно, что дохлая крыса на дне бочки. И если бы наполнили эту бочку до самых краёв самым лучшим ароматным мёдом – нет! мы не захотим этого мёда! Сам по себе мёд – прекрасен, но в него попал трупный яд и смрад». Мой собеседник молча кивнул головой – он понял».

Главный вопрос, нас разделяющий, вопрос о советской иерархии, о которой вы (ОСА) упорно замалчиваете. ...она находится под омофором богоборческой власти, не смея без её «благословения» ступить ни шагу, особенно в своих действиях заграницей – это и ребёнку ясно.

И в заключение этого письма, беря с вас пример, и я спрашиваю Вас: Неужели Вы, по архиерейской совести, считаете служителей КГБ, облачившихся в рясы и клобуки, действительно, истинными духовными руководителями и возглавителями Русской Церкви? Неужели Вы не видите того, что в той организации советской, с которой Вы себя связали, на дне лежит дохлая крыса? И если Вы этого не видите, или не хотите видеть, если предпочитаете, как говорится в Евангелии – «закрыть глаза и заткнуть уши», чтобы как-то отгородиться от печальной действительности, то, конечно, дальнейшие переговоры будут совершенно безсмысленны: ни об объединении, тем более, о совместном служении не может быть и речи».

Ответить

Вернуться в «Праздники святым»