7 февраля -Собор новомучеников и исповедников Российских

Ответить
admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

7 февраля -Собор новомучеников и исповедников Российских

Сообщение admin » 07 фев 2010, 09:28

Изображение

СЛОВО ПОХВАЛЬНОЕ новым священномученикам Русской Церкви
Творение митрополита Анастасия


Какую дань слова принесем вам, верные свидетели Слова, доблестные страстотерпцы и пастыри, вменившиеся яко овцы заколения. Витийствующий язык изнемогает пред величием вашего подвига. Ваши языки подобно множеству отверстых уст, сами вещают о вашем терпении, ваша кровь говорит лучше, чем кровь Авеля (Евр. 12, 24). Вы сами служите нашею похвалою. В вас и через вас мы приносим жертву благодарения Господу, всегда победители нас творящему о Христе Иисусе (2 Кор. 2, 14). Среди великого испытания скорбями мы преизобилуем ради вас радостью (2 Кор. 8, 2) и восклицаем вместе с Златоустом:

“Благословен Бог! и в наш век произросли мученики, и мы удостоились видеть людей, закалаемых за Христа, людей, проливающих святую кровь, которая орошает всю Церковь. Мы удостоились видеть людей, ратующих за благочестие, побеждающих, увенчаваемых… и мы имеем теперь у себя этих венценосцев” (Беседа 3-я на первую книгу Паралипоменон).

Многие хотели бы видеть, что мы видели, и не видели, слышать то, что мы слышали, и не слышали. Нам суждено было быть свидетелями ваших чудных дел, и любви, и служения, и веры и терпения (Апок. 2, 18) и на нас лежит священный долг возвестить о них миру, проповедывать на кровях о том, что мы видели своими очами, что осязали руки наши (1 Иоан. 1, 1).

Но нам не достанет ни времени, ни сил повествовать о новых Сампсонах, Давидах, Гедеонах, Самуилах, об этом чудном воинстве Христовом, которое верою побеждало царства, творило правду (Евр. 11, 32-35) и посрамило древнего врага.

Тебе, первосвятитель древней Киевской церкви, соименный св. Просветителю Руси, подобало предначать славное поприще борьбы и страданий, ты стал предводителем боговенчаннаго полка, и тебе да воздается от нас первый венец хвалы.

Сама Божественная Премудрость предуказала, чтобы на горах Киевских, там, где Апостольскою рукою было утверждено некогда знамение св. Креста, вознесен был на крест преемник апостолов, как один из первых священномучеников наших дней. Крещение Русской Церкви огнем и кровию должно было начаться оттуда, где положен был первый камень в ее основание и где изначала приял водное крещение русский народ.

То были тяжкие и скорбные времена, когда область темная начала усиливаться на Русской земле и когда суд небесный впервые возгремел над домом Божиим (1 Петр. 4, 17). Тогда Господь, уготовляя нас на день испытания, восставил нам пастыря и отца по сердцу нашему, дабы он собрал воедино ратоборцев Христовых и извел их на брань с врагами Церкви. Вместе с другими святителями возрадовался тогда и ты, как друг женихов за глас женихов (Иоан. 3, 29), и по тебе пришедшим не завидел. Будучи всегда готов исполнить всякую правду (Матф. 3, 15), ты повиновался слову Первоиерарха Патриарха Тихона и, оставив священный собор, отошел к твоей пастве, которую уже стали расхищать волки хищные, не щадящие стада. Сыны тьмы не могли стерпеть твоей ревности о Церкви Божией и с оружием в руках, как на разбойника, пришли к тебе под мраком ночи, чтобы взять тебя на заклание. Лестью и коварством они извели тебя из стен древней Лавры, как бы из священного Сиона, и вознесли на уединенное возвышенное место, на эту новую Голгофу. Подобало, чтобы по образу вечного Первосвященника, нося поругание Его, ты вышел и пострадал вне врат (Евр. 13, 12). Там именно и приял ты смерть от жестоких мучителей, пронзивших острием твое тело в то время, как ты простирал к ним благословляющие руки, молясь за своих врагов.

Это место, орошенное твоею кровью, навсегда останется священным ал-тарем для верующих; и тихий свет лампады немеркнущим светом будет озарять оттуда твой первомученический подвиг, облиставший всю Русскую Церковь. Тебя предпослала она, как начаток исповедников, число коих стало исполняться потом с каждым днем.

“Первый из пострадавших ты — по слову св. Григория Богослова, — стал путем для других”. Одушевленные теми же чувствами устремились за мученическими венцами Ангелы Церквей Пермской, Тобольской, Астраханcкой и целые сонмы других святителей и иереев Божиих, прошедших сквозь огонь и воду, испытавших поругание и раны, узы и темницу, от них же многие побиени быша, претрени быша, убийством меча умроша, даже пропяты (распяты) быша, не приемше избавления, да лучшее воскресение улучат (Евр. 11, 35-37).

Среди этой доблестной дружины зрим и тебя, священная главо, славный Первостоятель града св. Петра, возлюбленный твоею паствою так же, как тезоименитый тебе древний патриарх своим отцом Иаковом. Младший многих из своих собратий, ты предупредил, однако, их твоим апостоль-ским дерзновением и духовным разумом. Еще в юности ты лобызал пла-менеющим сердцем раны первых мученников и скорбел, что не можешь приобщиться к их славному подвигу. Господь узрел твою святую ревность и по исполнении времен послал тебе тот же искус. По его изволению преемники Ирода и на тебя наложили руки, чтобы сделать тебе зло и, задержав, ввергли в темницу (Деян. 12, 4). Напрасно преданная тебе паства волновалась, как море, вздымающее гневные волны. Ни ее угрозы, ни твое незлобие и смирение — ничто не могло исторгнуть тебя из рук нечестивых, повлекших тебя на свое беззаконное судилище. Исполненный веры и силы, кроткий и дерзновенный, как первомученик Стефан, предстал ты перед новым синедрионом. Враги не могли противостоять мудрости и Духу, вещавшему твоими устами, когда ты изобличал их клеветы и выражал радостное желание умереть, как христианин, стражда без правды (1 Петр. 2, 19; 4, 16).

Однако они продолжали противиться истине даже тогда, когда некая жена из их сонма, соревнуя благородной жене Пилата, выступила на твою за-щиту и стала умолять судий не брать на себя неповинной крови. Древний приговор: “Повинен есть смерти” был произнесен, но не приведен немедленно в исполнение только потому, что паства по-прежнему не хотела расстаться со своим пастырем, что дети не хотели уступить палачам своего отца. Несколько дней ты снова должен был томиться в предсмертных муках, искупая, однако оставшееся время для назидания пасомых, ибо для слова Божия нет уз (2 Тим. 2, 9). Уже обреченный в жертву (2 Тим. 4, 6) ты, подобно великому Апостолу языков, писал из темницы последние заветы своим ученикам и сопастырям. Эти бессмертные слова, написанные не столько чернилами, сколько твоею кровию, должны быть увековечены на все времена наряду с посланиями древних мучеников.

“В детстве и отрочестве — писал ты одному из твоих сподвижников-пастырей — я зачитывался житиями святых и восхищался их героизмом, их святым воодушевлением, жалел, что времена не те и не придется переживать то, что они переживали. Времена переменились, открывается возможность терпеть ради Христа от своих и чужих. Трудно, тяжело страдать, но по мере наших страданий избыточествует и утешение от Бога. Трудно переступить этот рубикон, границу и всецело предаться воле Бо-жией. Когда это совершится, тогда человек избыточествует утешением, не чувствует самых тяжких страданий, полный среди страданий радости и внутреннего покоя, он других влечет на страдания, чтобы они переняли то состояние, в котором находится счастливый страдалец. Об этом я ранее говорил другим, но мои страдания не достигали полной меры. Теперь, кажется, пришлось пережить почти все: тюрьму, суд, общественное заплевание, обречение и требование самой смерти под якобы народные аплодисменты, людскую неблагодарность, продажность, непостоянство и т.п., беспокойство и ответственность за судьбы других людей и даже самую Церковь.

Страдания достигли своего апогея, но увеличилось и утешение. Я радостен и покоен, как всегда. Христос наша жизнь, свет и покой. С Ним всегда и везде хорошо. За судьбу Церкви Божией я не боюсь. Веры надо больше, больше ее надо иметь нам, пастырям. Забыть свою самонадеян-ность, ум, ученость и дать место благодати Божией.

Странны рассуждения некоторых, может быть, и верующих пастырей (ра-зумею Платонова) — надо хранить живые силы, т.е. их ради поступиться всем. Тогда Христос на что? Не Платоновы, Вениамины, и т.п. спасают Церковь, а Христос. Та точка, на которую они пытаются стать, погибель для Церкви. Надо себя не жалеть для Церкви, а не Церковью жертвовать ради себя. Теперь время суда. Люди и ради политических убеждений жертвуют всем. Посмотрите, как держат себя эсэры и другие. Нам ли, христианам, да еще и иереям, не проявить подобного мужества даже до смерти, если есть сколько-нибудь веры во Христа, в жизнь будущего века?!”

Сколько возвышенной силы в этих кротких и смиренных словах, запечат-ленных твоею смертию!

Радостный, ты шел на крест, отвергнув последнее искушение “пожалеть себя для Церкви”.

По завету Св. Апостолов ты не захотел высокомудрствовать о себе и предпочел душу свою положить за Церковь вместо того, чтобы уклоняться в словеса лукавствия и ставить немощное человеческое выше силы и мудрости Божией.


И так как ты до конца прошел по стопам Подвигоположника, Он за верность и кротость освятил и возвеличил тебя (Сир. 15, 14), покорив под ноги твои самых врагов Церкви, вынужденных потом исповедывать перед людьми твои неповинные страдания и поклониться им.

Так исполнилось желание твоего сердца: ты обрел и жребий, и венец страстотерпцев Христовых и смертию купил себе вечную жизнь.

Так же поступили и многие другие архиереи и священники Бога Вышнего, призванные пострадать за свидетельство, которое они имели (Апок. 6, 9).

Когда начались дни огненного испытания для Церкви, и Господь не восхотел принять от нас всесожжения и жертвы, они не стали советоваться с плотию и кровию, но, уразумевши Его волю, сами принесли себя в непорочное заколение (Евр. 10, 6-9). Вслед за Вечным Первосвященником и Ходатаем Нового Завета они вошли во святилище со своею кровию, да очистятся грехи людские (Евр. 9, 12-15), ибо без пролития крови не бывает прощения (22). Среди искушений и мук эти истинные пастыри не оставили первую любовь свою (Апок. 2, 4), воспламенившую некогда их сердце желанием священства, и сохранили даже до последнего издыхания целым и невредимым залог, врученный им при рукоположении.

Славны ваши имена, мужественные страстотерпцы, которых ни жизнь, ни смерть, ни настоящее, ни грядущее, ни высота суетных отличий, ни глубина уничижения — ничто не могло отлучить от любви Божией во Христе Иисусе (Рим. 8, 38-39).

Ваш пример показал воочию, что “можно убить, но не победить священника Божия, держащегося Евангелия и сохраняющего заповеди Божий”, как вещает один из древних священномучеников.

Не с нынешнего дня начались испытания Церкви. Еще св. Василий Великий писал о своем плачевном времени: “Нас постигло гонение самое тяжкое. Ибо гонят пастырей, чтобы рассеялось стадо. Одна ныне вина, за которую жестоко наказывали, — точное соблюдение отеческих преданий. За это благочестивых изгоняют из отечества и переселяют в пустыни. Неправедные судии не уважают ни седины, ни подвигов благочестия, ни жизни, ни юности, ни старости, проведенной по Евангелию. Но тогда как ни одного злодея не осуждают без обличения, епископов берут по одной клевете и предают наказанию без всякого доказательства возносимых на них обвинений; иные из них не знали обвинителей, не видели судилищ, даже не были сперва оклеветаны, но безвременно ночью похищены насильственно, сосланы в отдаленные страны, и зло страданиями, какие должны были терпеть в пустыне, доведены до смерти. Глас плачущих слышен в городе, слышен в селах, по дорогам в пустынях. Одна у всех жалостная речь, потому что все говорят о достоплачевном. Похищены радость и духовное веселие. В плач обратились наши праздники, дома молитвенные затворены, на алтарях не совершается духовного служения” (Письмо к Италийским и Галльским епископам).

Все эти бедствия, изображенные великим Отцом Церкви, пришли на вас седьмерицею, ибо никогда столп злобы богопротивной не поднимался так высоко, никогда еще человеческая жестокость не была столь изобретательной и беспощадной.

Теперь самый плач о невинно убиенных считается уже преступлением и потому не смеет раздаваться открыто.

Весь ум, все завоевания науки нашего просвещенного времени, кажется, обращены, прежде всего, на то, чтобы причинить возможно больше страданий людям, С давних пор известны истязания огнем, голодом и холодом, железом, бичами и скорпионами, цепями, темницами. Современное искусство к ним присоединило, целый ряд новых изощренных телесных мучений и, кроме того, утонченные нравственные пытки, которых не знал еще грубый век Нерона и Диоклитиана. Вы понесли на себе все эти болезни и раны, после которых самая смерть могла, иногда, казаться благодеянием. Вместе с всемирным проповедником Павлом вы должны были тер-петь беды не только от врагов, но и от сродник и от лжебратий, корчемствующих истиною, возлюбивших мзду Валаамову, предавших своих сослужителей слугам антихриста и облекшихся, вместе с Иудою, в клятву, как в ризу (Псал. 108, 18).

Об них издревле изрек Дух Святый: Ты носишь имя, будто жив, но ты мертв (Апок. 3, 1).

Облекшись в броню правды и преподобие истины, вы были живым обличением для всех, поклонившихся зверю. Сего ради возненавидел вас мир. Но вы победили последний силою лучшею, показавши себя почти бесплотными во плоти.

Все знают, что нет ничего на земле дороже жизни. Все отдает человек взамен души своей; чтобы выкупить жизнь, он готов пожертвовать славой, богатством, самыми нежными родственными привязанностями, дружбой, даже честью и совестью. Самый гордый и независимый из людей падет к ногам своего палача, будет целовать его окровавленные руки, подобострастно заглядывать ему в глаза, желая прочитать там свое помилование. Никогда человек не бывает более жалок, как в то время, когда он судорожно хватается за ускользающую от него нить жизни, жертвуя для нее вечными ценностями, и никогда не бывает так велик, как если он торжествует духом над немощью плоти и презирает все земные соблазны, ради нетленного блаженства. В этом красота мученичества, высоко почитавшегося во все времена и у всех народов.

Особенно ярко светит этот подвиг в наши сумрачные и малодушные дни, когда за умножение беззаконий оскудела вера, охладела любовь, колеб-лется надежда, когда немощи отдельных людей вменяются в вину самой Церкви, как будто она уже истощила свою прежнюю силу. Ваше адамантово мужество оправдало Церковь пред лицом мира. Благодать Божия, преизобиловавшая там, где умножился грех, снова избрала безумное мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира, чтобы посрамить сильное (Рим. 5, 20; 1 Кор. 1, 27). Вы были в отчаянных обстоятельствах, но не отчаивались; низлагаемые не погибали. Во всем вы явили себя, как служители Божий в великом терпении, бедствиях, нуждах тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах (2 Кор. 4, 8-9; 6, 4-5), Вы воскресили перед нами образы св. Игнатия, Поликарпа, Златоуста и многих других исповедников и священномучеников, украсивших лучшие времена христианства. Ваша доблесть озарила новою славою Русскую Церковь, возрастившую в вас сподвижников Филиппа и Гермогена и начало вождей целого сонма других мучеников, разных званий и возрастов, принесенных ею в жертву Богу.

За то, что она явила новых страстотерпцев, ее имя возвещается ныне во всем мире. Вместе с нею и вся Вселенская Церковь пожинает плоды вашей победы и если, по словам св. Киприана, у нее нет недостатка ни в лилиях, ни в розах (письмо к мученикам и исповедникам), то, убелив ее одежды своими кровьми, вы достойны наименоваться теми и другими. Вы соединили небо с землею в общей радости, ибо вместе с воинствующею, о вас веселится и Церковь торжествующая, к которой вы приобщились ныне. Не вам ли, убиенным за слово Божие, даны там белые одежды и сказано, чтобы вы успокоились на малое время, пока ваши сотрудники и братия исполнят число (Апок. 6, 9-11).

“Восхищаясь воспоминаниями о вас, мы, подобно Свят. Григорию, делаемся от удовольствия как бы вдохновенными, некоторым образом соучаствуем в вашем мученичестве, приобщаемся вашему подвигу”.

Да будет же память ваша во благословениях, да процветут кости ваши от места своего (Сир. 45, 13, 14). Народы будут рассказывать о вашем мужестве и мудрости, а Церковь не перестанет возвещать вам хвалу, восклицая: “радуйся, собор крепкий и терпеливый, победительное ополчение, царственное священство, столпы благочестия, священнодействовавшие сами себе мучением, коих смерть явилась последним совершительным таинством. Через вас прославляется Христос, Иже вчера, днесь Той же и во веки” (Евр.13, 8).

admin
Администратор
Сообщения: 924
Зарегистрирован: 29 апр 2009, 20:45

Re: 7 февраля -Собор новомучеников и исповедников Российских

Сообщение admin » 07 фев 2010, 09:30

Свт. Филарет (Вознесенский)


Прославление мучеников и исповедников Российских


...Но вот тут мне хочется вам искренне сказать, что я все-таки с некоторой тревогой думаю об этом акте прославления. Принципиальная сторона вопроса ясна, но, что касается осуществления этого дела, то тут тревожат меня некоторые затруднения, которые могут появиться и появляются. Даже, например, у нас в епископате, среди архиереев. Принципиально, все единодушно считают, что, конечно, святых новомучеников, в частности Царскую семью, нужно прославить. Но что касается того, когда это делать и как, то, хотя, в общем-то, Архиерейский Собор и Синод уже ведут дело к прославлению, но все-таки раздаются многочисленные голоса против. Их меньше, чем голосов "за", но все-таки довольно много. И главное, среди тех, кто как-то возражает против этого, есть много искренне верующих хороших русских людей.

Не так давно ко мне в Нью-Йорке специально по этому вопросу пришел один церковный староста. Человек глубоко верующий, энергичный староста, образцово-заботливый, верный сын Зарубежной Церкви. Он прямо ко мне обратился с вопросом, что, собственно, сделал Царь для России, за что его можно прославлять? Можно с разных точек зрения, конечно, смотреть на все происшедшее. Но я-то ему указал, что не за политическую деятельность Государя и Царской семьи она будет прославлена. Церковь за политику не прославляет, какая бы она не была - хорошая или плохая, а за то, что Государь Император, его Августейшая супруга, да и вся семья их были в России пред самой революцией в начале века образцовым примером настоящей христианской семьи, как это выяснилось теперь. Какой грязью ни поливали когда-то Царскую семью - все это отпало. И теперь весь мир знает, что, действительно, это был образец и чистоты и верности Родине, и верности Богу. Мало того, что семья эта была - настоящая христианская семья, какой должна быть православная русская семья; когда наступила Голгофа для них, то мы знаем, на что, на какую высоту они поднялись своим безропотным, чисто мученическим перенесением тех ужасов, которые выпали на их долю. Об этом, конечно, все вы знаете, что пришлось им перетерпеть и какую кончину, в конце концов, в своей жизни получили они. И вот за то, что их и жизнь, и смерть была образцом христианского благочестия, вот за это прежде всего Церковь и имеет ввиду прославить их, а также и всех новомучеников, которые, как мы с вами знаем, в наше страшное время воплотили древние столетия, когда так было много мученического подвига.

Нужно иметь ввиду, между прочим, что в вопросе о прославлении мучеников Церковь имеет чисто духовную, особую благодать и власть, которая, быть может, иногда переступает за рамки всякой официальности. Я помню, как я читал трогательный рассказ о том, как одного глубоко верующего человека чекисты схватили в свои грязные лапы и стали терзать. Не за то, что он какой-то политической работой где-то когда-то занимался, не по каким особым "статьям" их безобразных законов, а требовали отречься от Христа, как древних мучеников. Мужественно терпел все истязания этот добрый христианин и верный сын Церкви. Конечно, с Божией помощью, потому что, как Господь подкреплял древних мучеников, так и его он укреплял в тех невероятных истязаниях и пытках, которым его подвергали. И все-таки его озлобленные враги увидели, что они его истязали так, что он вот-вот умрет, а своего не добились: он остался верным. Звали его Георгий, кажется. И, в конце концов, его выдали семье, умиравшего совсем. Доставили его домой. Все знают, видят, что он - при последнем издыхании. Вызвали духовника его, любимого духовного отца. Он пришел со Святыми Дарами, и первый вопрос был на исповеди: "Прощаешь ли ты своих убийц?" Ответил тот: "От всего сердца прощаю и молюсь, чтобы Господь их простил". "Хорошо", - сказал духовник, - "тогда будем исповедоваться." Поисповедывал его, причастил Святых Тайн, и через несколько минут, быть может, очень скоро после причастия, он скончался. И вот, у Церкви существует определенный чин, когда человек умрет - чин особый: каноны, молитвы по исходе души из тела. Но тут, словно сговорившись, хотя никто не сговаривался, все собравшиеся начали не с этого чина, а все запели тропарь мученику: "Мученик Твой, Господи, Георгие во страдании венец прият нетленный от Тебе, Бога нашего. Имея бо крепость Твою мучителей низложи..." Совершенная правда. Это именно то, что к нему на сто процентов применимо. И вот Церковь возгласила этот тропарь мученический сразу, как только мученик предал Богу свой праведный дух. Имейте ввиду, когда мученики умирали: под пытками, в самых страшных условиях, они умирали как победители, а вовсе не как побежденные. Их смерть в результате истязаний была только последним актом бессильной злобы их врагов. Им нужно было совсем не убить мученика, им нужно было заставить его отречься от Христа. И вот тут-то мученик, я думаю, умирал как победитель, потому что враги Христа-Спасителя и Церкви не могли добиться своего, его умерщвляли в бессильной злобе, а его святая душа сейчас же шла уже к престолу Господню, радуясь и ликуя. И мученики так и шли на свою смерть - радуясь и торжествуя.

А сонмы наших новомучеников Российских, как вы знаете, трудно исчислимы. Сколько там архипастырей пострадало, еще гораздо больше клириков - священников, монахов, монахинь, и миллионы, вероятно, верующих русских людей-мирян. И вот, прославление всех их приближается, но только, повторяю, слышны вот тут возражения против прославления Царской семьи, когда говорят, что это будет "пахнуть политикой", потому что это было политическое убийство. Но я вам сказал и повторяю, что Церковь будет прославлять не за политические какие-то проблемы, так или иначе разрешенные, а прославлять за то, что Государь и его семья были образцом христианской семьи, и жизнью и смертью подают нам пример, как должен жить и умирать истинный христианин.

Акт прославления приближается. Осталось, остается уже меньше года до ближайшего Собора Архиерейского, и там уже, быть может, будет совершен и самый акт прославления или, во всяком случае, будет сделан какой-то уже самый решительный шаг.

Мне еще хотелось бы сказать несколько слов, сравнивая положение в человечестве снаружи, так называемого "железного занавеса", и внутри его, на нашей несчастной Родине и везде, где вообще водворился коммунизм. Что касается того, что делается снаружи "железного занавеса", то вы сами видите, во что сейчас обращается жизнь. Такого разгула лжи, неправды, всяких заблуждений и всяких духовных подделок и разврата никогда еще человечество не видело. А почему? - Потому что в самом, как и предсказано в Священном Писании, приближении конца стало равнодушно к Божественной истине.

Вероятно, из вас многие читали священную книгу "Апокалипсис". И читали там, как Господь обращается к семи Церквам. Различным. Причем святые Отцы, которые толковали это место "Апокалипсиса", всегда говорили, что помимо того смысла, который непосредственно имело обращение Господа к каждой Церкви, под каждой Церковью, под ея жизнью, подразумевался определенный период жизни Церковной от начала и до конца, причем последнее обращение Господа Спасителя - это к Церкви Лаодикийской. Там Господь страшно говорит, угрожающе говорит. Он говорит Апостолу Иоанну Богослову, который писал "Апокалипсис", ангелу (то есть, возглавителю) Лаодикийской Церкви напиши: "...знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч!" Но так как ты ни холоден и ни горяч, а тепл, то "извергну тебя из уст Моих." А по-славянски - еще резче: "изблевати тя имам" из уст Моих , то есть выброшу тебя так, отброшу тебя от Себя так, как организм отбрасывает и выбрасывает то, что ему противно и вредно. И дальше объясняет Господь: ты говоришь, что "я богат", "обогатился и ничего не требую", а не знаешь того, что ты окаянен и беден и нищ и слеп и наг. Но дальше Господь говорит: "Кого Я люблю, тех обличаю... Итак будь ревностен и покайся". Но вот этой-то ревности как раз у современного человечества не стало.

Когда-то еще в Харбине, в последние уже годы, мой покойный родитель, владыка архиепископ Димитрий, написал замечательно насыщенный содержанием и глубокий по содержанию доклад "Лаодикийцы наших дней", где указывал на то, как равнодушие к Божественной истине постепенно человечеством овладевает. Людям стало все равно, и это проявляется во многом. Например, смотрите, существуют так называемые "различные юрисдикции", у которых нет молитвенного общения друг с другом, а это - достаточно серьезный факт. А люди идут -- то туда, то туда. Вот, и там и здесь, и там, и там, говорят, одинаково служат. Истина-то может быть одна, Церковная правда одна. Трех или четырех истин нет. Нескольких Церковных правд нет. Если висят на стене часы, которые показывают разное, можно утверждать, что все они правильные? А вот люди, к сожалению, идут. То туда, то туда: везде одинаково служат! Очень хорошо когда-то ответил один православный пастырь какому-то вопрошателю. Тот как раз ему говорит: "Батюшка, ну вот я здесь был в церкви, почему в ту не пойти: там так же служат, те же молитвы, та же служба, и ведь - то же самое?" А батюшка ему говорит: "Нет, друг, не совсем: у меня в кармане - два полтинника (монеты в пятьдесят копеек). Они совершенно одинаковые с виду, но один - настоящий, а другой - фальшивый". Он и говорит дальше: "А если, по-твоему, какой-нибудь мужик простой обучится славянскому языку, изучит службу, сам себе построит церковь, достанет облачение и будет служить, туда тоже пойдешь? Он так же будет служить: те же молитвословия, все то же самое, тот же чин службы?" Так и теперь, в наше - то страшное время: если человеку Истина дорога, то он не вынесет никакой мысли о том, что, может быть, он ошибается, что Истина не здесь, а где-то в другом месте. Он непременно будет искать ее, потому что, повторяю, Истина и Церковная правда - только одна. И его сердце верующее только тогда успокоится, когда он поймет, что, действительно, Истина - вот тут: там, где он молится, где он живет как сын Церкви. А то, что то туда, то - сюда, то - в одну церковь, то - в другую: "все равно - одинаково служат", - об этом когда-то грозно говорил Иоанн Златоуст, какой это тяжкий грех, когда так Церковь разделена. Истинная Церковь - только одна. Господь Иисус Христос в свое время своим последователям говорил: "Не бойся, малое стадо." Малое стадо. Потому что благоволил Господь дать именно вам Царство Свое...** И - вот это-то равнодушие к Истине и образует ту поглощенность человека внешними формами жизни, включительно до самых грязных и самых отвратительных, которые мы видим теперь. Уж ведь дошло же даже и до того, что прямое служение сатане - диаволу включено в число "религий", и служитель диавола именуется тоже "священником". Это есть в одном из городов Америки. Чего же после этого еще и ждать дальше? Трудно уж, кажется, дальше и пойти. А вот это - именно то, что творится, в так называемом, "свободном мире".

Внутри "железного занавеса", там - трагедия разыгрывается. Вы, конечно, знаете хорошо, как советская власть безбожная и богоборческая старается выкорчевать всякую религию, как она борется с Богом. Об этом не нужно много говорить, все об этом знают. Но вот на что я хотел обратить ваше внимание, на то, о чем многие совсем не думают. Отец архимандрит Константин, которого многие из вас знают, вероятно, покойный редактор журнала "Православная Русь", - глубокий, христианский ум, он из всех "достижений" коммунистов самым страшным считал то, что коммунизм создал свою лже-церковь, советскую, которую подсунул народу несчастному вместо настоящей Церкви, которая ушла в катакомбы, скрылась с поверхности. Не думайте, что я преувеличиваю, или что отец Константин преувеличил. Когда-то был Всероссийский Церковный Собор, в девятьсот восемнадцатом году. На этом Соборе вся Всероссийская Церковь во главе со своим Первосвятителем патриархом Тихоном анафематствовала (отлучила от Церкви) как самих богоборцев-безбожников, так и всех тех, кто будет сотрудничать с ними. Эту анафему никто никогда не снимал, она наложена законной властью, и до сих пор она остается в полной силе. А вот в двадцать седьмом году возглавлявший тогда Русскую Церковь митрополит Сергий издал страшную и позорную декларацию, в которой от лица всей Церкви объявил, что радости советской власти - наши радости, ея печали - наши печали, объявил о полном сотрудничестве с государственной властью. То есть, другими словами, получилось то, о чем мы читаем молитву перед исповедью, когда священник, молясь о кающихся Господу Богу, в числе их грехов перечисляет, что они "под свою анафему падоша". Подпали под свою анафему. Так вот и тут и митрополит Сергий и вся иерархия, с ним согласная, под свою анафему падоша, потому что она же была произнесена и на богоборцев, и на их сотрудников, а теперь церковь объявила о своем сотрудничестве с ними. Под свою анафему падоша... Мало того, когда была издана эта позорная декларация, то от официальной советской лже-церкви отделилась катакомбная, истинная православная Церковь, которая уходя в подполье, как нам говорили те, кто были в катакомбной Церкви, анафематствовала еще раз советскую официальную церковь. Следственно, эта "церковь" анафематствована два раза законной Церковной властью. Нас учит апостол Павел и вообще Церковь, что Церковь - есть Тело Христово, что в Церкви пребывает Сам Господь Иисус Христос и Его благодать и Истина, которые в Нем и с Ним. А скажите, может ли верующий разум, рассудок и сердце верующее допустить, что Христос находится в этой организации, которая сотрудничает с его осатаневшими врагами, хвалит их, благословляет, и даже с ними под ручку как бы ходит? Конечно, это немыслимо. Поэтому я говорю, что мое мнение: наша Церковь, так сказать, этого никогда еще в форме всеобщего обсуждения и осуждения не высказывала, но я убежден, что в этой самой советской лже-церкви благодати нет и не может быть, потому что отступила она от верности Христу, и Христа Спасителя там нет и быть не может. Это мое глубокое убеждение. Я его не навязываю никому, но я говорю откровенно, как я думаю.

Часто говорят: "Ну что ж такое, какое ж положение получается? Если это - лже-церковь, то чем же виноват народ, который в этом не разбирается, что это - лже-церковь? Они же не виноваты?" Вы, наверно, слышали часто такие речи. А я на это отвечаю: "Как не виноваты? Как не виноваты?! Они знают, какая у них власть? - Богоборческая! Власть идет против Бога! Разве можно такую власть признавать? Они ее признают и ей повинуются. И вот за это вместо истинной Церкви получают лже-церковь." Мы не произносим суда над каждой человеческой душой, которая там верует в Бога и которая, так сказать, по-своему стремится к Нему. Это дело Божие. Тут судьбы принадлежат только одному Господу Богу. Но я лично допустить, что есть благодать в этой лже-церкви, не могу<...>

1981

Ответить

Вернуться в «Праздники святым»